Злодейка, разыгравшая свою смерть. Том 1

Эта женщина, пусть она и второстепенный герой, в сердцах читателей занимала куда больше место, чем другие персонажи романа. Во-первых, Медея по-настоящему любила графа Адери Де Клифф, пусть тот и видел в ней только призрака умершей жены. Во-вторых, кроме графа, Медея искренне желала заботиться и об Эйрене. К сожалению, девочка не давала ей на то шанса, поэтому женщина поняла, что лучше будет ей держаться от падчерицы на расстоянии и лишний раз не тревожить ее.

«Медея такая хорошая женщина!» – про себя давилась слезами Рина.

Медея единственная из персонажей романа «Смерть шипа и змеи», кто пытался вернуть тело Эйрены, когда его изъяли для создания оружия, которое сможет погубить змея Китрана. Медея одна из немногих оплакивала кончину злодейки.

«Эйрена, ты настоящая ведьма».

За такой скверный характер Рина и не желала понимать Эйрену и принимать ее сущность. Кровная родня Рины, в отличие от «неродной» семьи великой ведьмы Де Клифф, не отличалась заботой и теплотой. Когда Рина, еще будучи маленькой девочкой, заболела и оказалась в больнице, ей пришлось позабыть лица матери и отца.

Они бросили ее на попечение государства и совсем не навещали, а Эйрена, даже будучи первоклассной злодейкой, обладала семьей, которую не берегла. И где здесь справедливость?

Оглядев фасад потрепанного временем и ветром здания, Рина вошла внутрь дома, двери которого распахнулись, как только она сделала шаг на ступеньки, ведущие наверх. От удивления из-за увиденного пришлось спрятать ладонью раскрывшийся рот.

Дом по-настоящему изумлял своей «изысканной» скромностью. Здесь не виднелись золоченые канделябры, не бросались в глаза мраморные изваяние или фонтаны. Наоборот, все оказалось несколько запущенным и простым… Нет, не простым… Все казалось пустым.

Дом выглядел так, будто его вот-вот выставят на продажу.

По всей видимости, Эйрена не только лишила усадьбу прислуги, чтобы тем показать, что Медея должна решать проблемы только подручными и доступными ей одной средствами, но и вынесла отсюда все драгоценности, чтобы окружить мачеху атмосферой лишений и нищеты.

Вместо привычных любому столичному аристократу лепнины и золота этот дом украшали цветы, но и те создавали ощущение полного запустения. Будто это место пережило апокалипсис и теперь в нем правит природа, а не венец эволюции – человек.

Рина прошлась по пустующим коридорам, не спеша рассматривая голые стены, пока не остановилась напротив дверей, судя по виду, ведущих в столовую.