Бессмертие не для всех

– Я, – раздался вдруг голос Юниэра, – ничего против фейров не имею. В Кроре мы с ними дружим и помогаем друг другу. Они много знают и у них есть чему поучиться.

– Если бы ты жил вечно, – тонко усмехнулся Арфест, – то и знал бы куда больше.

– От вечной жизни можно устать, – возразил Юниэр. – Мне по нраву та, что у меня есть.

– Да, – вздохнул король, – нелёгкое бремя – век за веком наблюдать кровавые распри и видеть, как всё, что с любовью создавалось в течение долгих лет, рушится за несколько дней.

Но не будем падать духом, может быть, нам ещё удастся поладить. Завтра я обнародую свои планы. Если мы восстановим мир с фейрами на Байлаше, то и на материке получится с ними договориться. Сарказ – наш общий враг. Объединив усилия, мы скорее совладаем с ним. Тебя, Зарад, я не убедил? – обратился король к насупленному племяннику.

– Нет, отчего же, – возразил Зарад, – разумом, не сердцем, я вас понимаю, но хотелось бы знать подробнее ваши планы.

– Охотно поделюсь, – согласился Киннар, – давайте перейдем в мой кабинет, здесь становится слишком жарко, а туда не проникает зной.

Мирэя не хотела участвовать в словесных распрях и давно выжидала подходящего момента, чтобы уйти. Она пыталась вникнуть в серьёзный разговор, но мысли её занимал только Юниэр. Что-то вольное, бесстрашное, значительное в его лице приковывало к нему внимание. Находиться с ним рядом в комнате, полной других людей, терпеть его призывные взгляды, пока отец рассуждает о необходимости союза с фейрами, было невыносимо! Ей казалось, что все уже заметили, что она смущена и вот-вот расплавится от стыда.

Она попросила позволения удалиться к себе.

– Мирэя, – покачал головой Киннар. – Я бы хотел, чтобы ты тоже выслушала и поддержала мои идеи. Я ищу возможности обеспечить сундарцам мирное будущее на многие годы!

– Конечно, я поддерживаю тебя! – заверила Мирэя. – Ты не можешь быть неправ.

Но сегодня я не могу уловить сути твоих рассуждений. Твои слова вьются передо мной как рой пчёл, я слышу их, но не понимаю.

– Что ж иди, – смутился Киннар.

Мирэя торопливо кивнула всем присутствующим и покинула приёмный зал.

– Может, моим воинам тоже лучше уйти? – спросил Зарад.

– Нет. Мне по душе твои воины, – возразил Киннар.

Мирэя задержалась во внутреннем дворе; там она умыла разгорячённое лицо у фонтана. Сразу стало легче.