Бессмертие не для всех

Мрачный приют сундарского короля озарился факелами. Конвойные выстроились полукругом на почтительном расстоянии от могилы. Сердце Юниэра дрогнуло, когда тоненькая фигурка, одетая во все чёрное, тихо ступая, подошла к надгробию отца. Юниэр достал меч из ножен. Королева опустилась на колени и откинула вуаль. Юниэр смотрел на неё во все глаза, не понимая, как такое могло произойти. Потом он осторожно и бесшумно спрятал меч в ножны и медленно, таясь за колоннами от света факелов, выбрался из гробницы.

Девушка в траурных одеяниях была ему незнакома.

Противоречивые мысли мучили Юниэра.

"Что стало с Мирэ?" – терзался он. Ему не верилось, точнее, он всячески отгонял от себя мысль о том, что коварный Зарад отнял жизнь у молоденькой кузины и похоронил её тайно в склепе. Он не терял надежды, что она спаслась. Чтобы разрешить свои сомнения, Юниэр отправился в Нарисею. Если Мирэе удалось бежать, то и она будет искать помощи там.

Но если его любовь мертва, то Зарад десять раз пожелает себе смерти, прежде чем он позволит ему умереть.

В это утро лже-королеву заставили молиться дольше обычного. Отряд, посланный Зарадом, чтобы предупредить конвойных о предстоящем нападении Юниэра, замаскировался и ждал его, но тщетно. Юниэр, укравший в городе лошадь, уже спешил в Нарисею.

***

Горькие времена настали для нарисейцев. Никогда прежде не были они так гонимы.

Их дома обыскивали, в них кидали камни на улицах, с ними отказывались торговать, и клеймо предателей закрепилось на них, казалось, навсегда. На фейров охотились и отправляли их в тюрьму. Многие сходили с ума от ощущения безысходности, от страха перед будущим. Лишь верой в своего вождя, Тория, держались они.

Зарад свирепствовал, над городом был установлен круглосуточный надзор: ни один корабль не мог покинуть гавань, ни один житель не мог встретиться с другом и переговорить наедине, не опасаясь шпионов.

Люди недоумевали, кого же ищет столь могущественный правитель, кого боится?

Зарад не мог ответить на эти вопросы, так как повсюду искал Мирэю, на которой, как все думали, был женат. Скверная история получилась бы, если б народ узнал, что королева раздвоилась, и её бунтующая ипостась скрывается от мужа, в то время как скорбная половина плачет в замке.