Стоять, бояться! Ревизор в академии

Он стоял неподвижно, вчитываясь в мою писанину. Перевернул листок, любуясь карикатурой.

Я видела, как он изо всех сил сдерживается. Желваки играли на его лице, профессор весь даже как-то покраснел от натуги. Пытался на меня не наорать, видимо.

Уголки его рта едва заметно дрогнули, и я временно перестала дышать.

Жутко захотелось перекреститься. Никогда не молилась, но сейчас я была готова поклониться всем богам мира сразу, чтобы кто-нибудь спас меня от зарождающегося гнева.

Он же меня прихлопнет.

Скажет сейчас что-нибудь мерзкое своим ехидным тоном, а потом поведет за ручку к ректору, чтобы быстро решить вопрос с моим исключением. Потому что я его наконец-то доконала. Довела.

Но профессор молчал. Секунду. Другую.

А потом он взорвался хохотом.

Я в первую секунду даже вздрогнула от неожиданности, потому что меньше всего ожидала услышать заливистый смех Эрика. Нормальный такой человеческий смех обычного смертного. С ума сойти.

Ничего не понимающие студенты побросали свои конспекты и с любопытством уставились на хохочущего профессора.

- А борделик-то почему? - сквозь смех спросил Эрик. - Я могу понять даже шмелика, так как вечно ношусь, как ужаленный. Могу понять эзотерика, так как кличка "пророк" ко мне привязалась неспроста. Но борделик-то почему?

Я не знала, что ему ответить. По ощущениям, я покраснела вся, до кончиков волос.

Отсмеявшись, Эрик сложил листок пополам и помахал им в воздухе.

- С вашего позволения, я это конфискую.

Интересно, а если бы я не позволила, он бы не конфисковал? Захотелось эксперимента ради ляпнуть "мое, не отдам!", но я благоразумно решила, что я всё-таки не бессмертная, а количество прожитых жизней на этой неделе уже точно исчерпала.

Одно радовало - кажется, буря миновала.

Правда ненадолго.

- Я смотрю, все уже перерисовали к себе схемы тактики ведения ближнего боя? - певучим голосочком спросил профессор. - В таком случае, я могу стирать всё с доски, верно?

Не дожидаясь ответа, он прищелкнул пальцами, и доска опустела.

Аудитория тут же взорвалась возмущенными воплями, потому что никто не успел переписать всю информацию.

- Тишина, - негромко произнес Эрик.

Ему не требовалось повышать голос, чтобы призвать всех к дисциплине. Все и так примолкли на полуслове, только сверкая разгневанными взглядами.

- Во вторник будет зачет по этой теме. Это будет вам уроком о том, что нельзя отвлекаться во время лекции на всякую чепуху.