Опытный маг и одинокий дракон

Очень правильный, очень соблюдающий интересы своего лорда. Никаких подробностей. Ничего лишнего, личного, даже меньше, чем сам дракон рассказал. В этом плане у меня на кухарку большая надежда.

Ничего нового дворецкий нам не рассказал. И про ведьму вспомнил… «Так это лет двадцать назад было! Я еще молодой был…» Но с тех пор ничего особенного не происходило. Да, случалось, что где-то нежить появлялась, но так это всегда случается, где угодно, и лорд Хольвар всегда быстро устранял. Ну, допустим…

И лорд вообще молодец, вечно в делах, настоящий хозяин на своей земле, всегда в курсе всего… чуть ли не сам пахал.

По мне, так стоило сразу запрос послать и никуда не сбиваться, так что геройство сомнительное.

В общем, дворецкий лорда всячески нахваливал, я слушала, а Педро тихо сожрал все шоколадное печенье в вазочке. Так что профит – только ему.

* * *

- Ой, не понимаю я! На него так девки вешаются, а он все нос воротит! – прямо сходу сообщила нам кухарка.

Ну, допустим, здоровье у драконов железное, там никаким воздержанием не прошибешь. Но у кухарки свои взгляды. Веселая, розовощекая, лет пятидесяти. Вот у нее, наверно, с личной жизнью полный порядок. У них в доме никаких церемоний, все куда проще. И даже не чаем, прям обедом сразу посадили кормить… впрочем, уже и время.

Я мысленно потерла руки.

- Это он жену не мог забыть? – подкинула вопрос.

- Да что там забывать-то?! – кухарка всплеснула руками. – Только в страшном сне такое! Я когда начала работать у них, и то сначала думала, что она его мать. Но тогда еще ничего, крепкая была. А потом вдруг резко за пару лет постарела совсем, в старуху превратилась, седая, беззубая, руки трясутся. Ей же за девяносто было! И главное ведь, не стыда, ни совести! Она все Хольвару на шею кидалась. «Да посмотри на меня! – кричала. – Посмотри, что ты глаза отводишь? Обещал любить до конца жизни? Так и люби!»

- И что он? – поинтересовался Педро.

- Да какое там! – тяжело вздохнула кухарка. – Не отходил от нее. Понятно, что не как с женой, но как с больной матерью все рядом сидел, книжки ей читал, гулять под ручку водил, а потом и вовсе на руках носил, когда у нее ноги отказали. Не знаю уж, правда ли любил или какие свои грехи замаливал. Но пока жива была, он все время с ней. Только нервный стал, резкий, на все огрызался.