Как влюбить дракона

– И пойдёмте уже, пока лучших женихов не расхватали.

Гвен закатила глаза. Лика заразительно рассмеялась, давая понять, что последняя фраза была сказана не всерьёз. И это сработало – лёд тронулся, принцесса Риамонта тоже улыбнулась. Обрадованная Лика взяла обеих девушек под руки и повела из комнаты в ту часть замка, где располагался тронный зал.

Через четверть часа три принцессы стояли у закрытых дверей тронного зала в ожидании, когда закончился павана. Стоило им оказаться у входа, их тут же заметили и пропустили в начало очереди.

Все, кто ожидал вместе с ними возможности войти в тронный зал и быть представленными их величествам, украдкой разглядывали их и перешёптывались.

Наконец, наступил долгожданный момент, двери распахнулись, церемониймейстер объявил на весь зал:

- Принцесса Риамонта – Гиневра Риганштадт! Принцесса Мадхава – Брянка Нидуза! И принцесса Ардара – Ликария Морриган!!

Девушки синхронно сделали первый шаг, и в этот момент произошло сразу несколько событий: оркестр ударил туше, по обеим сторонам от входа рванули хлопушки, выбрасывая в воздух золотое конфетти, лиловый и оранжевый дым.

Все, кто находился в зале, обернулись ко входу и увидели трёх простоволосых девушек в лиловом, охровом и шитом золотом платьях, а по залу пронеслись приглушённые возгласы изумления…

6

Гвен

Вот уже 6 лет Гвен жила во дворце Ардарского короля, сложенного не из тёмных булыжников, как замки Риамонта, а из светлого песчаника. И, казалось бы, давно должна была привыкнуть к местной роскоши.

Однако её по-прежнему завораживали широкие светлые коридоры, мраморные статуи и фонтаны, комнаты, убранные бархатом и шелками, расставленные тут и там кадки, в которых росли даже не цветы, а кусты, самые настоящие, которые ещё и цвели круглый год. А ещё позолота… много-много золотой краски на мебели, рамах, лепнине. Даже чайные сервизы были расписаны позолотой.

Светлый, просторный Триумфальный Тронный зал, отделанный мраморными плитами с розовыми и зелёными прожилками, тоже до сих пор восхищал, хотя и был воплощением всего того, что Гвен так ненавидела в Ардаре – его мощи и превосходства… превосходства во всём, чего не коснись – территории, населения, богатства недр, науки, культуры.

Чего только стоила фреска, украшавшая сводчатый полоток этого зала, который открывали лишь для торжественных случаев. Изображенные на ней кузнец, ювелир, рыбак и строитель, выглядели, как живые.