Ты моя! И это не обсуждается. Часть 1

Любая сила опасна, если не уметь ею пользоваться, а когда она еще и разрушительна, как огонь, то и вовсе не стоит идти на эксперименты.

В душе появилось тягостное чувство упрямого отчаяния. Мне не хотелось разочаровывать профессора, но и ставить под угрозу жизнь студентов было легкомысленно.

- Что ж, - сухо сказал Гройт. – Тогда и держи себя всю жизнь в узде.

Его слова задели за живое.

- Значит, буду, - упрямо ответила я. – Буду держать в ежовых рукавицах, если это необходимо.

Я сложила ладони вместе и крепко сжала их.

Ссориться с профессором было ни к чему, но он задумал опасную авантюру, с которой я могу не справиться. Ставить под угрозу жизнь невинных куда хуже трусости или бравады. Особенно последнее ни к чему хорошему не приводит.

- Мне жаль тебя, Амели.

Я вздрогнула всем телом. В горле встал ком и захотелось поскорее уйти, чтобы побыть немного одной.

- Ведешь себя, как трусиха, - неожиданно маг поменял тон. Теперь в голосе слышался упрек и даже брезгливость.

– А ведь я тебя не этому учил.

- Да, так и есть.

- Сейчас ведешь себя так, словно бы тебе все равно.

- Это неправда, - возразила я.

Мужчина подошел ко мне и заглянул в глаза.

- Тогда почему противишься? Почему предпочитаешь прятаться за стеной?

- Вы меня этому учили.

- Не этому, - надавил тот. – Я хочу, чтобы ты могла справляться с собой, а не пыталась зарыть талант в землю.

- Но это проклятье!

Профессор схватил меня за плечи и приблизил ко мне свое лицо.

- Нет, Амели, если уметь пользоваться.

Пурпурные глаза вспыхнули, и следом пришло чувство, похожее на усталость.

Я покачнулась. Профессор подставил мне плечо и отвел к креслам.

- Ты плохо себя чувствуешь?

Слабый кивок был пределом моих возможностей.

- Ничего, Амелия. - Слова профессора зазвучали приглушенно, словно он находился очень далеко. Мир перед глазами расплылся, пахнуло корицей. – Сейчас отдохнешь и пойдешь дальше заниматься.

Дышать в какое-то мгновение стало просто невыносимо из-за усилившегося аромата корицы.

Иногда он становился слабее, и тогда я чувствовала другой запах, который навевал ужас и погружал в те дни, когда рядом совсем никого не было. Я ощущала запах каштанов - горький аромат детства.

Когда коричный дух снова усилился, перед глазами все потемнело, и я утратила связь со своим сознанием.

Глава 2

Медленно подняв веки, я тут же пожалела, что это сделала. Сознание было вязким, как густой кисель.