Принц Гис, одна королева и принцесса

И конечно же, она станет героиней и ей не придется выходить замуж…

— А вы весьма недурны собой.

Она моргнула и уставилась на принца, стараясь понять, в какой момент разговор свернул в новое русло.

— Ну, конечно, нельзя назвать красавицей, но в общем и целом… меня устраивает.

— Устраивает что? — с ледяной сдержанностью спросила Клеа.

Но Гис был слишком погружен в собственные рассуждения, чтобы обратить внимание на ее реплику.

— И потом после встречи с хозяйкой замка Торан… я осознал необходимость и даже неизбежность предстоящего брака.

— Союз?

— Естественно. А каким еще может быть брак.

Клеа вскочила со своего места.

— Немыслимо!

— Отнюдь. Весьма вероятно.

— Это невозможно!

— Формальности легко уладить. Если вы так привязаны к своим бессмысленным традициям, то я даже готов предоставить вам помолвочный браслет.

Клеа прошлась вдоль стола и остановилась напротив блюда с ломтиками кабанины, как будто невзначай оперлась на столешницу.

— Значит, даже помолвочный браслет… — пробормотала она.

— Почему бы и нет.

— Но сочетаться браком мы будем по темному обряду, — сказал Гис.

Рука Клеа медленно двинулась к ножу.

Со своего места некромант не мог этого видеть. Пальцы принцессы коснулись рукояти, которая была сделана из кости морского зверя.

— Вы побледнели.

— Просто это все так неожиданно.

— Разве забота о собственных подданных не первейший долг особы королевской крови?

— Да, — подтвердила Клеа, — И этот долг превыше всего.

Она перехватила нож и спрятала его лезвие в рукаве, сжимая рукоять.

Принц Гис расценил ее слова по-своему.

— Приятно видеть, что мы в чем-то согласны между собой.

Клеа усмехнулась.

— И это только начало. Представьте, ваше высочество, прекрасный мир, где Свет и Тьма едины?

Глаза принцессы блеснули. Она не желала представлять ничего подобного.

— Признаться, такое даже невообразимо.

Принц Гис поднялся и подошел к принцессе.

— Итак, каким будет ваш ответ?

Клеа сделала выпад.

«Смертельный удар!» — пронеслось у нее в голове.

Девушка не думала, о том, что будет после того, как слуги обнаружат убитого принца.

«Я убила этого проклятого темного. Я убила».

Она отскочила, приготовившись наблюдать агонию.

Но некромант лишь досадливо поморщился и вытащил нож. Он вытер окровавленное лезвие о рукав.

— Так, — сказал он, — Что ж… очень доходчиво.