Мемуары бабы Яги

Водная гладь вся покрылась яркими маковками золотых кувшинок, царственными лотосами, разноцветными венками с крошечным язычком пламени в центре. Кикиморы заботливо высаживали кувшинки и лилии по краю берега. Горыныч весь извёлся, носясь по берегу, поднимая взмахами крыльев небольшие волны, отгоняя венки на середину озера. Серый метался между болотцем и озером, принося охапки кувшинок, убегая за новыми, пока не понял, что носится туда и обратно с одной и той же охапкой, в которой спряталась крошечная болотница и тихонько хихикала.

– Смотри-ка ты, махонькая такая, а уже зачаровала! Ишь, проказница! – пожурил Серый малявку. – А ну, брысь к маме с папой, пока я не разозлился!

– А я не боюсь! – донёсся из вороха кувшинок тоненький писклявый голосок и озорной смех. – Покатай ещё, дядечка Серенький, а я тебе болотной водицы для шалостей налью.

– Вот те на, не то племянница у меня объявилась?! – Серый аж сел от неожиданности. – Меня ещё никто дядей не называл!

– А я буду! – хихикнула крошка-болотница, расплывшись в самой милой улыбке, обнажив два белоснежных зубика.

– Это точно - не смешные. В болотце только вы жить и можете, да пиявки разные, остальным там плохо.

– Почему? – малышка приложила махонькие ладошки к зелёным щёчкам, её круглые глазки вмиг наполнились слезами. – В болотце хорошо! У нас там цветочки яркие, водичка тёплая, до дна рукой не достать, песочек золотой, каменья разноцветные – красиво же.

– Красиво конечно! Только не надо плакать! Просто... – Серый растерялся, не зная как утешить плачущее дитя. – Просто мне на суше как-то привычнее.

– Да? Тогда покатай! – тут же хихикнула она.

– Вот ведь! – вздохнул волк. – Мелочь пузатая, а уже такая хитрючая! Где говоришь твои родители?

– Там! – хихикнула малявка, и махнула ручкой в сторону леса.

Волк понёсся быстрее ветра.

Лесной народ стягивался к полянке. Кто посмелее - уже угощался у накрытых столов разносолами, кто поскромнее - шёл к озеру, занимать место поудобнее. Лесовички собрались стайкой и держались подальше от хвоста Горыныча. Как и накануне, двенадцать месяцев расселись вокруг костра, ярко пылавшего в самом центре поляны, достали гусли и заиграли чудесные мелодии.

Василиса, заплетая косу Татьяне, рассказывала ей про древние обряды и обычаи жизни сказочной.