S-T-I-K-S. Шустряк. Человек с кошкой

Вообще с азиатами вести дело еще можно, они торгуют, правда, все больше имеют запросы на покупку оружия, причем не легкого стрелкового, а чего-то помощнее гранатомёта. Промышляют добычей потрохов тварей в горловине, и если особенно не нарываться, то и они лезть не будут. С Шариатом все гораздо хуже, что там у них в стабе творится, вообще мало кто знает. Все, кто пытались попасть внутрь, либо в качестве рабов там остались, либо тварей собой накормили. Но, по слухам, рабство там цветёт и пахнет среди гаремов, ходят слухи, что они в налетах женщин воруют, но подтверждения особого нет, как и выживших.

В общем, Шариат воюет со всеми, а все вяло с ним, вот и вся политика.

По мелким кластерам часто квартируют банды, тех в мешке хватает, причем так много, что очень часто с ними ведется реальная война на истребление, но рано или поздно это явление опять возрождается, как подснежник после зимы. Явление это объяснимо, поскольку почти все обитатели ходят охотиться в горловину, чтобы поднять потрохов, или на тамошней базе оружия прихватить на торг.

Вот и выходит, что по пути небольшие группы весьма просто перехватить, а иногда, наглея, даже на колонны крупных стабов пытаются залезть.

После его рассказа и ответов на интересующие вопросы образовалась пауза, во время которой подошедшая девушка сделала очередную инъекцию рассказчику, благо, привыкания здесь нет, а я размышлял на тему возможности вывода туда местных.

– Шанс довести туда группу меньше десяти процентов, – видимо, поняв мои мысли, произнесла Ки.

– О, кто тут, – рейдер начал пытаться оглядеться, вращая головой, услышав невидимого собеседника, да еще и с столь странным голосом.

– Моя напарница.

– Где, не вижу, на кой прячется?

– Ки, покажись, только не резко, а то мало ли чего, вдруг убежит.

– Охренеть, – протянул рейдер, округлив глаза и оглядывая вставшую на задние лапы Ки сверху вниз. – Это еще что за животина?

– Я Ки, – проговорила она, представляясь, – и если вдруг вы не знали, то вы по вашей же классификации тоже животное, причем млекопитающее.

Хоть вы себя и выделяете в отдельный вид, но по мне, так некоторые от обезьян недалеко ушли.

– Аха, – рейдер попытался заржать, но тут же съёжился и прошипел, – я уж точно животное – орангутанг, вот только вместо хвоста одна рука осталась.

– Шустряк, это была шутка?

– Угу, – подтвердил я, – ты же пошутила, и он тоже в ответ пошутил.

– Обучаешь киску? – прекратив морщиться, спросил он.