Дитя Севера

Шум в лесу мог привлечь осаждающих. К тому же старый Ноб, конюший, как-то рассказывал им, что лиса, хоть зверь и небольшой, но напасть может. А эта точно собиралась: должно быть, Бастьен разворошил логово, где та прятала своих детенышей.

Зверь и вправду был невелик, но даже такая — худющая, будто обглоданная, — лисица казалась страшной. Она щерилась, плотно прижав уши, потом отступала на шаг назад — теперь ее острая мордочка вовсе не казалась умильной — и вновь принималась тявкать. Бежать — что еще могло прийти им в голову? Но это и стало их ошибкой: зверь, почуяв, что враг дал слабину, понесся за ними широкими прыжками.

Они и не заметили, как оказались на краю болота. Бастьен оступился, намочив сапог в ледяной чавкающей жиже, ухватился за Ари, чуть было не утянув ее за собой, — и в этот миг раздался выстрел. Потом еще один.

Брат с сестрой переглянулись: вот теперь уж точно прятаться было негде — в разгар осады человек с пистолетом был во сто крат хуже разъяренной лисицы.

— Эй, есть кто-нибудь? — донесся до них низкий мужской голос.

Человек приближался: в лунном свете нетрудно было разглядеть, что он высок, закутан в плащ, а голову его прикрывает широкополая шляпа. И в руке он все еще сжимал пистолет.

— Так вот оно что...

Он остановился в паре шагов от них: они ничего не соображали от страха, так что даже не пытались бежать. Да и куда? Они наверняка заблудились, унося ноги от лисицы, так что вряд ли смогут найти обратный путь к подземному ходу.

— Кто такие?

— Мы лесниковы дети. За клюквой вот пошли, — жалобно завела Ари, подражая говору простолюдинов, который она не раз слышала на дворе и возле кухни.

— Нас батюшка заругает. Отпустите нас.

Бастьен только сопел у нее за спиной — врать у Ари всегда выходило лучше.

— Лесниковы дети? — усмехнулся незнакомец. — Отправились ночью в лес за клюквой? Ну-ну. Много ли набрали?

— Мы еще днем пошли, да заблудились, — зачастила Ари, боязливо поглядывая, как незнакомец убирает пистолет в ольстры.

В полутьме было не разглядеть его лица, понятно было только, что он носит бороду.

— А лиса? Вы ее застрелили, да?

— Я стрелял в воздух. Боялся вас задеть. Идите за мной.

Ослушаться они не могли. Но куда он их вел? Наверняка он солдат из войска, осаждавшего Хольм, и сейчас отведет их к своему командиру. Кто в здравом уме поверит, что дети лесника бродят по ночному лесу возле болота? А если он догадается, кто они на самом деле? На бегу у Ари волосы растрепались и выбились из-под шапки. Да и варежки она потеряла.