Дитя Севера

Особенно помогал разбор сложных старинных пьес: пока поймешь, какие аккорды подразумеваются в старой нотной тетради, не заметишь, как начинаешь трезво мыслить.

Именно эти ноты — исчерканные в некоторых местах красными и черными чернилами — очень нравились Ари. Конечно, не тем, что приходилось по несколько раз разглаживать лист и иногда прислонять его к стеклу и смотреть на просвет, что же может скрываться за пятнами чернил. Конечно, там ничего не было видно, приходилось возвращаться к клавесину и снова пытаться продолжить мелодию так, чтобы она звучала гармонично и не спорила со следующим не пострадавшим от чернил аккордом.

На днях Ари уже почти полностью разобрала короткую старинную песню и могла сегодня записать ее мелодию набело в специально заказанной в городе новой нотной тетради. Вот и занятие, которое позволит унять дрожащие от страха руки и согреет их, успокоит беспокойно колотящееся сердце и прогонит невыносимые мысли и образы из головы. Да, вот так – раскрыть тетрадь, медленно листая, дойти до еще не расшифрованных нот, аккуратно поставить ветхие листы на клавесин, дотронуться до клавиш, вглядываясь в желтый лист и изорванные линии нотного стана.

Когда она закончила расшифровывать последние строки, то уже могла довольно улыбнуться. Пусть это и маленькое дело, но она восстанавливает и сохраняет ту красоту, которую едва не выкинули или не сожгли. Хорошо, что Ари заметила эту тетрадь в библиотеке, когда обернулась на шорох и увидела, как Розалинда собирает стопку из «старья, от которого необходимо избавиться».

Музыка, исходившая из-под ее пальцев, наполняла мир вокруг ласковой и мирной красотой, в мелодии Ари слышался шум густого леса и бегущего в чаще прозрачного ручейка, его дополняло пение птиц и еле слышный шорох листвы, которой ласково касался теплый ветерок.

Ари внезапно остановилась на последнем пассаже – нет, она ошиблась на полтона, надо исправить одну ноту.

За спиной она услышала шаги лорд-маршала, но даже не обернулась, ее захватила мелодия. Ари сама была словно листик, унесенный течением воображаемого ручейка. И вода несла ее навстречу чему-то чудесному…

— Нет, здесь не так, — ее руки неожиданно коснулась теплая ладонь, пальцы лорд-маршала сжали запястье, заставляя ее оторваться от клавиш. — Должно быть вот так.