Алгоритм безумия

– Тэсса, – Николас поднял голову, и свет лампы молнией сверкнул по очкам. – Я прошу тебя, не вмешивайся. Это… Эта болезнь может оказаться заразной. Мы держим все в секрете не просто так. На это есть причины.

Лиенн важно кивнула. Тэсса беспомощно оглянулась на подругу, но не нашла поддержки. Уже не в первый раз за последние два дня.

– Вы не сможете долго это скрывать. Кто-нибудь из медперсонала проболтается.

– К этому времени мы что-нибудь придумаем.

Тэсса упрямо сжала губы.

Как доказать им, что молчать – глупо? Своей секретностью они могут спровоцировать вспышку вируса, наподобие той, которая унесла много жизней двадцать пять лет тому назад. Лейфгунд по своему расценил ее молчание:

– Тебе нужно отдохнуть.

– Я ее провожу, – Лиенн взяла подругу под руку и вывела в коридор. Там, прислонившись к прохладной стене, Тэсса тихо спросила:

– Тот человек… он умер?

Лиенн внимательно посмотрела на нее и равнодушно бросила:

– Мозг буквально взорвался.

Тэсса вспомнила искаженное мукой лицо и решительно отклеилась от стены:

– Хочу спать.

– Я все улажу с твоим начальством, идем домой, я провожу тебя.

– Ли...

Лиенн повернулась.

– Нет, ничего.

Пустая холодная комната навевала тоску. Поспать нормально не удалось, те несколько часов, что девушка промаялась в постели, перекатываясь с боку на бок, лишь добавили головной боли. Надоедливый лучик просочился сквозь шторы, пощекотал нос и, удивительное дело, напомнил о том, что время обеда успело пройти.

Тэсса выбралась из-под одеяла, прошлепала, едва волоча ноги, к буфету, залезла в него в поисках пропитания и вдруг поняла, что совсем не хочет есть. Более того, при мысли о еде к многострадальному горлу подкатывала тошнота.

– Ну уж нет, так дело не пойдет, – сама себе строго сказала Тэсса. Привычка разговаривать с собой возникла не так давно, после того, как несколько лет назад девушка обнаружила, что больше в этой комнате разговаривать стало не с кем.

У одиночества есть одно полезное свойство – оно позволяет без проблем подумать о том, на что в иных обстоятельствах просто не хватало времени. Хотя то же самое свойство вполне могло обернуться и неприятной стороной. Так, Тэсса, как ни старалась, не могла избавиться от мыслей о случившемся в реанимации.