Алгоритм безумия

Тэсса резко села, едва не врезавшись лбом парню в подбородок. Голова снова пошла кругом, нарушая и без того слабую координацию, но крепкие руки поддержали за плечи и помогли усесться. В груди у девушки была пустота, сердце бешено колотилось. До нее постепенно начали доходить отрывки только что увиденных чужих воспоминаний. Теперь в этом не было никаких сомнений. Не галлюцинация – прошлое. Она видела прошлое.

Тэсса громко всхлипнула, задыхаясь от охватившей ее паники, поспешно посмотрела на свои руки, потом подскочила к зеркалу.

С гладкой поверхности на нее смотрело привычное отражение, разве что слегка взлохмаченное и с покрасневшими от слез глазами. Она, Тэсса, а не та незнакомая ей девушка с короткой стрижкой и явными симптомами ненавистной уже болезни. Но тело еще помнило ощущения, которые она успела испытать в те нескончаемые пару десятков минут перед… смертью. Как боль разрывает изнутри, как от кашля дерет легкие и горло, как чешется тело, раздираемое до мяса обломанными ногтями, как слезятся от боли и кровоточат глаза. Все это она словно ощутила на себе и от этого ее с удвоенной силой затрясло. Умирать так страшно, так одиноко… Тэсса обхватила себя руками и беззвучно зарыдала, захлебываясь и давясь эмоциями, своими и чужими.

– Ты чего? – выдохнул сталкер, сбитый с толку, явно не мог понять столь необычной реакции на свои последние слова. Он закопошился, доставая из кармана куртки чистый идеально отглаженный носовой платок, и протянул его девушке. – Не реви, и так холодно.

– Алгард! – взвыла Тэсса, прижав к лицу платок, и внезапно бросилась ошалевшему парню на шею.

По имени она его еще ни разу не называла, и вот, как-то само собой вышло. Рыдания вырывались из груди, не переставая, и в итоге превратились в настоящую истерику. Хелмин неуверенно обнял ревущую спутницу.

– Ей было больно, – сквозь всхлипы и громкие шмыганья носом смогла Тэсса произнести. – Ты не представляешь, насколько ей было больно, – бормотала она, с трудом подавляя истерику. Было еще кое-что, что она ощутила на себе – это любовь, безграничная любовь к Алгарду и непоколебимое стремление его спасти, словно она знала что-то такое, что могло повлиять на его жизнь.

– Кому – ей? – слишком мягко по сравнению со своей привычной манерой спросил сталкер и, замявшись лишь на секунду, погладил девушку по волосам.

– Софии, – имя само собой возникло на языке. Услышал его, Хелмин шумно втянул ртом воздух и порывисто прижал Тэссу к груди, сжимая волосы у нее на затылке.