Вихри судьбы

Только хотела подняться, как меня остановила Сафия:

– Э-э… ты чего? Надеюсь, не обиделась на нас? – нахмурилась девушка.

– Нет, просто…

Как объяснить, что претворить в действительность решение начать новую жизнь окажется намного сложнее, чем я того ожидала. Смотря на них, таких уверенных в себе, красивых и одаренных, я как никогда чувствовала себя серой мышью, и сразу появлялись предательские мысли, что и здесь меня пытаются назначить на роль клоуна. А ведь моя вина была только в том, что я изо всех сил пыталась усердной учебой возместить отсутствие родового источника и отвоевать себе место под солнцем.

– Просто перерыв заканчивается, а я еще плохо ориентируюсь здесь, – выпалила я.

– Как знакомо, – улыбнулась Селеста. – Я первое время постоянно опаздывала и даже спустя год не всегда могу рассчитать время.

– Все опаздывали, – заметил Сайдар. – Главное, приходить вовремя на занятия к магистру, остальные преподы более лояльны.

– Успокоил, – попыталась улыбнуться, но сразу помрачнела, когда увидела, что Сайдар смотрит в сторону дверей столовой едва ли не с ненавистью.

Осторожно обернувшись, увидела парня и двух девушек. Двое из них светловолосые были явно парой, третья, темненькая – как член свиты, но смотрела по сторонам так, словно ей все должны.

– Кто это? – поинтересовалась я. Имена студентов вспомнить никак не получалось.

– Лучше держись от них подальше, – процедил Сай.

Он отвернулся и сделал вид, что эта троица и вовсе не появлялась в помещении, вот только они явно думали иначе.

Блондинка, которая держалась за руку парня, действительно ни на кого не обращала внимания, а вот он с такой ненавистью посмотрел в сторону нашего столика, что я вздрогнула. Шатенка не уступала ему. Осознав, что объект их ненависти – Селеста, я удивилась, но задавать вопросов не стала. Сегодня только первый учебный день, и у меня еще будет время разобраться в статусности, группировках и подковерных играх всех тех, с кем я отныне буду учиться.

***

Оставшийся день пролетел незаметно.

Стиль преподавания оказался иным, чем я привыкла. Гораздо более жесткий, строго по теме, с внушительной самостоятельной нагрузкой. Наверное, единственный, кто воспринимал студентов как личности, а не подопытных, был профессор Эрстен. Он давал не меньший объем, чем остальные, но делал это настолько увлекательно, что хотелось узнать еще больше, заслужить его одобрительную улыбку, а еще – оказаться на месте тех, кого он вызывал себе ассистировать.