Волк из темного леса

– Твоего отца волки убили, когда напали? Да?

Торин озадаченно моргнул, долго смотрел на нее, словно не зная, как сказать.

Сглотнул с усилием. Потом кивнул.

- Да.

- Прости, - Беженка губу закусила, стыдно стало. У парня ведь горе такое, а она пристает. – Ты поэтому с пира ушел? Не хочешь с ними? Тяжело?

Он мотнул головой. Чуть попятился даже, потом снова кивнул.

- Ничего, все нормально, - буркнул как-то не очень уверенно. – Я пойду.

- Подожди! Стой тут! – Баженка чуть не схватила его за руку, но вовремя одумалась, решила не пугать.

– Я тебе сейчас пирожков со стола принесу! А то что ты один тут… Горе горем, но есть надо!

- Я уже поел, - попытался было он.

- Ничего! Вдруг потом еще захочешь! Стой тут, - строго велела Баженка, и подхватилась, побежала за пирогами. Разок только оглянулась, не ушел ли волчонок, погрозила ему пальцем. Ничего, он ждал.

Вот и хорошо.

Так быстро, как только могла. Не в палаты где пир, а на кухню, тут быстрее. Набрала пирожков миску, и назад.

- Вот! – сунула в руки Торину.

– Поешь! Вкусные. Тетка Любомила печет, лучше чем у нее – ни у кого нет. Не бойся, твой Есислав не узнает, а если узнает, то не будет ругать. Это ведь не ты ко мне, это я к тебе подошла.

Торин взял растерянно, откусил, принялся жевать. Сначала осторожно, потом, распробовав, заулыбался. С мясом пирожки. Баженка специально такие брала, хотя сама больше с капустой. Но этот же волк, ему с мясом надо.

- Спасибо, - сказал он с набитым ртом. – Очень вкусно.

- Вот! – обрадовалась Баженка.

– Когда поешь, оно завсегда лучше! И ты не бойся, тебя ругать не будут. Не такой уж страшный твой Есислав, как о нем говорят. Если что, Василина с ним договорится. Я-то людей насквозь вижу. Данька мне наговорил всякого, но я вижу, что это не так. Сердце у него доброе, ненависти нет.

Торин чуть пирожком не подавился, назад отступил.

- Видишь?

- Вижу, - согласилась Баженка. – Меня тоже Небесная мать отметила, я много вижу… Ну, пока немного, но с возрастом, говорят, больше начну.

Парень даже икнул. Головой замотал.

- Нет, не доброе сердце… Ты его в гневе не видела. Не понимаешь! - и как-то испуганно совсем. – Я пойду. Хватит… У меня еще дела есть.

* * *

- Значит так, парень, рассказывай, что дальше намерен делать. Подробно рассказывай, - Тихомир Ульвара к себе позвал, когда после пира расходиться начали, ночью. – Мне нужно все точно знать.

Ульвар только вздохнул тяжело, у него точного плана не было, все не по плану вышло.