Говорящие куклы

– Наверное, в моих глазах настоятель увидел страх, потому что костлявая рука отпускает меня и голос его становится мягче: – Таков обычай, дитя. Только боль научит тебя тому, что ты должен знать о своей судьбе. Примешь эту судьбу с чистым сердцем – и боль никогда не коснется тебя впредь. Посмеешь предать – завтрашнее испытание покажется тебе невинной игрой. 

Из покоев настоятеля я выхожу на деревянных ногах. 

Мое сердце полно горечи: я так и не узнал, что именно ждет меня в обители Великой Богини. 

Ветер… 

Откуда ветер в моей спальне?

Я открываю глаза и вижу себя на широком каменном ложе.

Это Башня Духов.

Бьют барабаны. По углам башни мечутся тени от масляных ламп.

Я не знаю, как оказался здесь, но понимаю, что час настал – скоро я умру для мира людей.

Когда один из слуг Богини прижимает раскаленный металл к моей стопе, я кричу. 

И сквозь боль ощущаю неземное счастье – боги услышали меня. Я не буду мыть полы в храме или собирать милостыню на улице. 

Клеймо Летящего Журавля на пятке – символ танцора.

 

3.

Ветер… Откуда в моей спальне ветер?

Я глубоко вдохнула и выдохнула медленно, как никогда в жизни. 

Я – Яся. Мне тридцать два года. Я живу одна в старой пыльной квартире. И с недавних пор у меня появился новый… друг? Или повод обратиться к психиатру? Или ключ к удивительной сказке?

Я открыла глаза и… 

Поняла, что все только начинается. 

Напротив меня, улыбаясь, сидел Шен-Ри. 

Живой. Настоящий. 

Во плоти он казался еще более необычным: такой стройный, что почти худой, светлокожий и удивительно безмятежный.

Шен устроился на пушистом ковре из лесного мха, подогнув под себя ноги так, чтобы не было видно их увечья. В густых волосах, спадающих на совершенно нагое тело, запутались мелкие листья. 

Густые кроны деревьев укрывали нас, как шатер. Сквозь кружево листьев на землю падали лучи солнца. Я открыла рот, собираясь спросить, где это мы, почему мой странный дружок снова раздет и что вообще происходит, но лишь сглотнула и захлопнула его снова.

Мир вокруг был слишком прекрасен, чтобы говорить. 

И, в конце концов, какая разница, где Шен потерял свои дурацкие китайские тряпки? Волос ему вполне хватает, чтобы прикрыть наготу. 

Я зажмурилась, наслаждаясь лесом и его звуками: звонким щебетом птиц, нежным говором ручья и шелестом ветра в листве. Еще раз вдохнула полной грудью – в жизни мои легкие не знали такого воздуха… Словно его можно пить.