Говорящие куклы

Весьма многозначительных для Шен-Ри.

Очевидно, кто-то разглядел их с Заром танец за пеленой снежной завесы. И донес сведения о нем до ушей главного распорядителя. Не сразу, не в тот же день и не на следующий, но спустя почти треть лунного цикла Шен оказался в покоях самого Дабу Реа.

Это было роскошное место, ничем не напоминающее скромные спальни для младших актеров. Резные деревянные панели стен радовали глаз множеством сказаний, с потолка свисали изысканной работы кованые лампы с цветными стеклами, а пол был устлан богатыми коврами, сплетенными из ярких тканей.

Сам распорядитель встретил юного гостя, сидя на вышитых подушках у низкого столика, заставленного множеством лакомств. Шен-Ри уже давно забыл даже запах такой еды и теперь во все глаза смотрел на яблоки в медовой глазури, Рисовые шарики с поджаристой сахарной корочкой, маленькие розовые пряники, фрукты и целую россыпь всевозможных орехов. Невольно он сглотнул и только потом поднял глаза на самого распорядителя.

Дородный, но не особенно страдающий от избытка лишнего веса, Дабу Реа не спеша, с наслаждением потягивал горячий чай из маленькой фарфоровой чашки.

– Садись, – похлопал он подушку рядом с собой. И Шен-Ри послушно сел. – Ешь, – Дабу придвинул к нему блюдо со сладостями. – Вечно вы, малявки, тощие и недокормленные. Тебе что, еды не дают вдоволь?

Под хмурым, будто бы сердитым взором главного распорядителя Шен-Ри почувствовал себя и вправду маленьким, точно ему снова пять лет.

– Я ем досыта, – ответил он почтительным голосом, каким младший должен разговаривать со старшими, глубоко уважаемыми людьми.

– Благодарю вас за заботу, господин Дабу.

Взгляд на блюдо Шен так и не поднял, равно, как и на самого распорядителя.

– Давай, давай, не изображай тут целомудрие, маленький проходимец! – Дабу властно указал большим толстым пальцем на блюдо. – Ешь, я сказал!

Робко, почти через силу Шен-Ри протянул руку к лакомствам и, не задумываясь, взял один из розовых пряников. Такие когда-то приносила в переднике старая Куна…

Оказалось, их вкус не изменился.

Яркая вспышка – нет, даже не воспоминаний – ощущений детства пронзила сердце изгнанника рода Тэ.

– Так вкусно… – прошептал он, закрыв глаза. – Спасибо, господин Дабу.

– Бери еще.

Куда там… Шен даже этот пряник не доел. Положил аккуратно на край изящного наборного столика и покачал головой. Он боялся, что заплачет, и потому снова не поднимал глаз.

– Да… – задумчиво протянул Дабу Реа. – Ты и впрямь настолько странный, насколько о тебе говорят.