Говорящие куклы

А утром я твердо решила, что леший с ней, с работой, сначала мне нужно найти своему безногому артисту нормальное место в доме. 

К решению этого вопроса я подошла серьезно: если уж брать за основу, что Шен – почти живой, то и относиться к нему нужно соответственно. 

Я задумалась, где бы разместила у себя настоящего гостя, случись таковой в моей жизни… Уж точно не на кухне, это факт. И не в своей спальне – нечего в ней делать малознакомому человеку. И даже не в гостиной, где я работаю и шатаюсь с утра до вечера, где неумолчно гудит компьютер и все пространство завалено каким-то бестолковым хламом.

 

Оставался только кабинет. Маленькая, тесная комната, от пола до потолка заставленная книжными стеллажами. Когда-то давно дед писал здесь свои научные труды и прятался от шумной семьи. Я приходила к нему тайком ото всех, просачивалась в дверную щель, как кошка, и тихо садилась в уголок между столом и шкафом у окна. Мне нравилось слушать стук печатной машинки, вдыхать запах старых книг, смотреть на движение дедовских рук.

Его пальцы словно летали над клавишами машинки, играя музыку других миров. Эти движения завораживали и отчего-то дарили мне ощущение незыблемости всего сущего. Именно здесь, в дедушкиной каморке, я впервые осознала себя как личность. Здесь я влюбилась в книги. И в тишину – густую, дышащую, наполненную множеством звуков. Тишину, которая означала отсутствие ненужных людских голосов. Они казались лишними. Гораздо важней был шелест страниц, шум ветра или дождя за окном, глухое покашливание деда, шарканье его ног в стоптанных тапочках, скрип половиц… Я полюбила эту звучную тишину. Навсегда отдала ей свое сердце. 

И никогда не жалела об этом. 

И не искала специально общения с другими людьми. 

До недавнего времени…

Я нашла в себе мужество вымыть в кабинете пол и протереть пыль. На окно меня не хватило. 

Идеально пустой дедушкин стол, как и прежде, венчала печатная машинка. Я сняла с нее чехол и провела пальцем по круглым белым клавишам с черными буквами.

Невозможно красивый инструмент. И совершенно бессмысленный. 

Как кукла без ног. 

Я усадила Шена на верхний ряд клавиш, точно на ступеньку лестницы и отчетливо поняла, что здесь ему будет лучше всего. 

Так мы дожили до пятницы. 

Когда наступил вечер, который я обещала Шену, у меня почему-то почти не осталось сомнений, что на сей раз у него действительно получится. Я не знала как. И не пыталась предположить. Просто доверилась судьбе.