Сбежавшая невеста, или Женщина на корабле приносит НЕ счастье

Впрочем, войдя в каюту, Анхелика поняла, что ей ничего и не придется делать. Угол, отгороженный простыней, был явно подготовлен для нее. Девушка невольно прониклась признательностью к капитану. Он хоть и выводил ее из равновесия своими намеками и фатовскими репликами, но все же не был лишен порядочности. Это невозможно отрицать. К тому же он явно о ней заботился. Не говоря уже о том, что спас и помог избежать отвратительного брака.

Все эти мысли пролетели в ее голове, пока она, осторожно пробираясь, словно на полу каюты было полно ловушек, шла к углу, занавешенному большим куском ткани.

А зайдя за занавеску, опять застыла в ступоре, не зная, как реагировать.

За самодельной ширмой стояла большая бадья, наполненная теплой водой. Рядом льняное полотенце, кусок ароматного мыла и сменная одежда. А из-за нее выглядывал...ооо... Из-за бадьи виднелся ночной горшок. Тут Анхелика сделалась пунцовой. Однако смущение смущением, а за заботу она была чрезвычайно благодарна.

Но! Тут же на веревке сушились ее выстиранные вещи! Спохватившись, хотела бежать, проверить, там ли они, где ей пришлось спать, но чего бежать – очевидно же.

Кто-то взял ее одежду, пока она спала, и постирал. Судя по тому, что белье сушилось в каюте капитана, сам капитан и взял.

Глядя на свое нижнее белье и представляя, что сказала бы на это тетка Гелис, Анхелика думала, что лучше было бы ей сразу утонуть или умереть на месте. Долго боролась с желанием пойти и то ли устроить ему сцену, то ли разрыдаться, потом поняла, что все равно опозорилась дальше некуда.

Ничего уже не исправить, значит, нечего и переживать. Надо отнестись философски. И наконец сделать свои дела и помыться!

Умммм! Помыться...

Кто бы мог подумать, что сама мысль принять ванну в таких варварских условиях будет казаться блаженством?

Перед тем, как влезть в бадью, Анхелика огляделась вокруг, подумав, что, наверное, не мешало бы чем-то отплатить капитану за доброе дело. На кровати валялась брошенная им рубашка, надо полагать, грязная. Да и та одежда, что он ей дал, тоже нуждалось в стирке.

Смешно сказать, но брала она его рубашку с опаской, что ее сейчас застукают на месте преступления.

Ничего ужасного, к счастью, не произошло. Анжелика в очередной раз отметила, что у него вообще-то слишком хорошая одежда для человека, который промышляет перевозкой сушеной трески. Все дорогое, красивое, высокого качества. И парфюм, и дорогое мыло, благоухающее бергамотом... Как-то это все не соответствовало образу.