Сбежавшая невеста, или Женщина на корабле приносит НЕ счастье

Присутствие девушки ощущалось так остро, словно все нервы оголены и настроены на нее. Наверное, это была ошибка с его стороны, спать с ней в одной каюте.

Да что там, конечно, это была ошибка! Ему следовало сразу же переселиться куда-нибудь, хоть к черту на рога. Но капитан бы мог сколько угодно проклинать себя за глупость, а отказаться от этого дразнящего ощущения ее тела рядом – никогда.

Девушка пошевелилась во сне, закидывая руки за голову. Так спят младенцы. Руки у Анхелики были тонкие, изящные, красивые.

Еще Конрад помнил, что у нее удивительно красивые, точеные щиколотки и колени. Мог даже вообразить.

Все время приходилось бороться с собой, хотелось прикоснуться, лечь рядом. Но нельзя. Она снова шевельнулась, повернула голову. Стройная белая шея изогнулась. Спит. Манящая нежная мерцающая в полутьме кожа в вырезе черной рубашки. Грудь тихо поднимается от дыхания. Все это действовало на него убийственно.

Если бы девушка вела себя как-то иначе, обозначила бы кокетство или сексуальный интерес, он давно бы уже отбросил все условности и дал волю своему желанию.

Но беззащитная во сне, окруженная своей доверчивой невинностью, как коконом, она была неприкосновенна. Вот она рядом, только руку протянуть, а недоступная. Нельзя.

Целомудрие. Конрад нашел определение тому, что же делает ее такой.

Анхелика... Темные волосы рассыпались по подушке, одна прядь прилипла к губам. Рука потянулась и застыла в миллиметре. Усилием воли отвел руку, сжал пальцы. Нельзя касаться.

Мужчина понял, что ходит по острию ножа.

Нужно было отстраниться, отойти, чтобы дать время себе и ей.

Долго смотрел на спящую, а после опустился на свой походный матрац, оберегая ее сон. Прикрыл глаза, а губы растянулись в улыбке.

Она сказала, от него исходит свет? Хммм.

***

Конраду надо было завершить то дело, ради которого он и загрузил свой корабль бочками с сушеной треской.

Так уж вышло, что капитан «Маркленда» знал наместника Перкиссы лично. При всем своем обаянии и богатстве принц Валид был не из тех правителей, что пользуются особой популярностью в народе.

Репутация жесткого и жадного дельца, закрепилась за ним по всему бассейну Полуденного моря от Таргаса и Ларнака до Версантиума.

Поговаривали, что большая часть морских разбойников на черном берегу подчиняется как раз наместнику Перкиссы. Немудрено, что принц мог обещать князю Ларнака беспрепятственный проход через воды, изобилующие пиратами, когда главный пират и есть он сам.