Нордшельский отшельник

Не задерживаясь, стражница нагнала его лишь у Зала Королей, но их не пустила стража, преградив им путь тяжелыми топорами.

— Нельзя! Его Величество Веарг отдыхает.

— У нас нет времени, это дело касается жизни всех народов, — отмахнулся он. Попытка отбросить охрану с пути не увенчалась успехом – напротив, хромы кинулись на него, но уже втроем, подминая парня к земле. Лэниэль не знала, чью сторону принять – совершенно не стоило разжигать конфликт, поэтому старалась урезонить Норда.

— Пожалуйста, прекратите! Норд, успокойся!

Но это не возымело успеха.

В потасовке часть Тиары слегка съехала, и он дернулся, чтобы высвободить руки. Один из стражников достал кандалы и подозвал патрульных, чтобы они проводили нарушителя. Лэниэль, сгорая от стыда, пошла следом, пытаясь нравоучить его.

— Надо же, — перебил он ее, сверкнув глазами в прорези маски, — маленькая эльфийка решила, что на войне все можно решить словами.

— Но своей выходкой ты ничего не добился… Теперь мы застрянем здесь надолго, чем если бы просто нашли себе ночлег на ночь.

А теперь ты не добавляешь нашей команде очков успеха, — огрызнулась она, сдувая волосы со лба.

Он ничего не ответил, но выглядел очень разъяренным. Его грудь и плечи вздымались от тяжелого дыхания, и руки, скованные за спиной, были крепко сжаты.

Под конвоем они прошли в туннель, в котором еще не были, их повели вниз по винтовой каменной лестнице. Девушка только и успевала удивляться, на какую глубину пришлось уйти этому поселению, и о каких низинах она еще не успела узнать.

Казалось, вся гора была испещрена ходами и подземными залами. В темнице стало трудно дышать, но она не отступилась, когда его завели за решетку, и присела по ту сторону, подминая под себя ноги.

— Посидишь тут, пока не протрезвеешь, чужак, — хром плюнул себе под ноги и ушел, оставив их под надзором охранников. Они оба прекрасно знали, что Норд не был пьян.

— Уходи. Ты можешь поспать в более приличном месте, чем это.

Лэниэль сильнее укуталась в ткань плаща, но ничего не ответила, рассматривая каменные своды, светящиеся от рисунков.

Тут было намного темнее и пахло сыростью, но она не могла себе позволить оставить своего напарника, учитывая обстоятельства.

— Ему невыгодно держать тебя в темнице. Уже утром мы выйдем отсюда вместе.

— Выгодно. Он видел мою сущность без маски, и считает, что я опасен для его народа. Не зря же этот прохвост весь день ходил за нами по пятам.

— Это лишь из-за твоей вспыльчивости, не более.