Двойное дно

Тогда она решила себя успокоить и перед сном начинала ему рассказывать, как живёт день, с утра до вечера. Привычка сделала своё дело, и несколько раз, получился вполне сносный контакт с ним.

Настал момент, когда она поняла, что в состоянии контролировать волнение, и сможет рассказать про следы. Не удалось. Как только она решилась рассказать, раздался стук в дверь. Это было настолько неожиданно, что она проснулась, связь прервалась.

Войс скучая по Демиду, спала в его гамаке и перед тем, как спуститься по лестнице вниз, выглянула в окно, чтобы понять, кто там, под дверью.

Ночь не была ясной и звёздной. Мир принадлежал Демиду, а он сейчас нервничал. Когда Дема переживал, там, здесь шёл дождь. Сквозь стену воды Войс видела силуэт человека, но не могла рассмотреть.

Стук настойчиво повторился. Свет, который она оставляла на ночь, боясь темноты, не оставлял сомнений, что в доме кто-то живёт. Спустившись по лестнице, она решила не открывать сразу. Сходила на кухню, взяла скалку, сковородку и громко спросила:

– Кто там?

Из-за двери послышался голос.

Пришлось приоткрыть дверь, накинув на неё цепочку.

– Кто здесь?– повторила она в образовавшуюся щель.

– Прошу прощения. Я вас, наверное, напугал. Я, ваш новый сосед, хотел познакомиться.

Войс сейчас была не в лучшей своей форме, она была стара и держать на весу чугунную сковородку долго не могла. Она тихонько прислонила её к стене и сказала:

– Извините, по ночам я не знакомлюсь, приходите днём, если есть необходимость.

Незнакомец пробормотал что-то неразборчивое себе под нос, повернулся и ушёл в дождь. Войс не смогла уснуть до утра.

–Вдруг он никуда не ушёл и обидит её лошадь?

Потом она вспомнила, что этот мир принадлежит Демиду и всё придуманное в нём, тут и останется. Эта мысль её немного успокоила, к утру дождь прекратился. В небе снова заиграло солнышко, из окна второго этажа, открывался прекрасный вид на лужайку с лошадью и дорогу у реки, везде царило спокойствие.

– Из-за незнакомого человека я сижу тут и жду. Лошадь меня, наверное, потеряла. Она так привыкла, что я с утра разговариваю с ней, глажу и целую в нос, приношу морковку, и она берёт её своими мягкими губами. – Жаловалась Войс цветам на окне.

Даже ладонь зачесалась от этих мыслей, а с улицы послышалось призывное ржание Марго.