Моя судьба

Рванув цепочку, я, наконец-то, вздохнула полной грудью. А то, наверно, уже синеть начала от его любви великой ко мне. Хм, дышать-то я начала, а видеть лучше не стала. Разноцветные круги до сих пор перед моими очами плавают. Вот только не говорите, что я теперь навсегда такая останусь, как в том фильме, "Любовь и голуби" который:

  "Так и останется!"

  "Что останется?"

  "КОСОГЛАЗИЕ!"

  А у меня радугоглазие какое-то! Это хоть лечится? Мне не улыбается так всю свою оставшуюся жизнь видеть, как.

..а кто так видит хоть? На уровне ультрафиолетового излучения, что ли?! Или теплового? ТОЧНО! Если определить этот факт именно так, то я вижу перед собой двух своих суженых в очень интересной интерпритации, если можно так выразиться. Один из них окружен ярко-голубой, с примесью зелени, оболочкой. Это однозначно наш эльфик. А другой...хм, любопытненько! И кто же ты неведомый зверь? Не думаю, что оборотни Коты могут быть настолько жаростойкими. Он же весь из огня состоит!

  За разглядыванием "Кошака" едва заметила краем глаза мелькнувшую ярко-алую сеть, падающую на меня и Кхетхе, который все еще находился подо мной.

А в следующее мгновение произошло сразу неколько событий: мой Слоник весь ощетинился и со всей своей силенки вцепился в мою многостадальную челку. Я взвыла от боли и тут же заткнулась пораженная увиденным - из моего рта вынырнул радужный шарик и начал расти над нашими головами, накрывая нас коконом и защищая от ловчей сети. А это была именно ловчая сеть. Меня будто золотую рыбку пыталсь поймать. Вот только не учли некоторые моих защитников, которые не стали терять ни секунды. Кхетхе плавно взвился на ноги вместе со мной на спине и топнул копытом по камням...и мы тут же куда-то рухнули. Мое сознание решило, что оно еще слишком слабое и непривычное к такой свистопляске, и отключилось, унося меня в спасительную тьму. И очень даже вовремя - иначе боль бы меня окончательно доконала!

* * *

  Дэнарион

  Даже амулет был не в силах скрыть сущность Триединой.

Кстати, на счет этой железячки - во время танца она закрутилась вокруг шеи Соломии и грозилась стать вечной удавкой. Вся моя сущность моментально среагировала на спасение девушки, только я опоздал, а потом и вовсе замер и затаил дыхание. Она сама сорвала амулет. И мы увидели истинную Триару: в черных волосах тут же мелькнули разноцветные перламутровые пряди; кожа, словно, засверкала изнутри; черты лица неуловило изменились, являя Миру утонченную красоту.