Ведьма по контракту

Его холодные серые глаза пристально смотрели на меня. Зверь оскалился, и я увидела его огромные клыки, которые запросто могли бы разорвать мою плоть. Я трепетала перед ним, испытывая смешанные чувства. Это были и восхищение, и отвращение, и дикий страх одновременно. Существо тряхнуло головой и, изогнувшись дугой, поднялось на задние лапы. Через мгновение передо мной стоял не волк-альбинос, а Алвис.

– Это было восхитительно, – прошептала я голосом, который мне не принадлежал.

– Скоро это прекратится, если ты поможешь мне, – ответил некромант, скрестив руки на груди.

– Я готова, – вырвались слова из приоткрытых губ, против моей воли.

– Конечно, – усмехнулся Алвис, – ведь взамен ты получишь небывалое могущество. Темная энергия заструится меж твоих тонких пальцев, – добавил он, проведя рукой по моему запястью. От его прикосновения по телу пробежали мурашки, хотя где-то глубоко в душе, я и мечтала, чтобы он поскорее одернул руку.

Если бы я могла хотя бы шевельнуться, то непременно бы убежала отсюда. Но нет, это тело мне больше не принадлежало.

– Вот только есть одна проблема, – помрачнел некромант. – Кроу. Боюсь, он что-то замышляет.

– Ты испугался мальчишку? – рассмеялась я. – Ты – сила, а он лишь ее отголосок.

– Ты права, – кивнул Алвис. – Но нужно быть начеку.

– Брось, – отозвалась я, продолжая любоваться жесткими чертами лица, будто бы высеченными умелой рукой скульптора.

Алвис стиснул зубы и на его скулах заходили желваки.

– Он не так прост, как тебе могло показаться, Катарина, – отозвался некромант, покачав головой. – Если сегодня мы не заключим брачный союз, то следующей полной луны, которая окрасится кровавым цветом, нам ждать несколько десятков лет.

– Все получится, – ответила я, и мое сердце учащенно забилось, в предвкушении предстоящего события.

– Конечно. Ведь ты особенная, Катарина. Хороша и светла, словно день, на лицо, а внутри – непроглядная ночь. Окровавленный диск луны загорится, лишь она тебе сможет помочь, – нараспев произнес он слова из детской сказки, которую перед сном мне рассказывала мама. Пожалуй, это единственное сохранившееся в моей памяти воспоминание о ней.

В ответ губы против моей воли расплылись в улыбке.