Декада Джонс: Секреты Плиодана

Меня же не будут допрашивать там, в конце концов! Джоваши, к его чести, позволил мне немного постоять перед входом, и я уже сама двинулась вперед, внутрь, к «главному заседательному залу», как и говорилось в письме, которое я сейчас нервно мяла в кармане пиджака. Черт, дурацкая привычка! Но ничего поделать я с собой не могла.

Войдя в широкие белые двери, я вздрогнула от увиденного. Тут были не два человека, как я надеялась. И не четыре, и не десять даже. Просторный зал с несколькими рядами кресел для присяжных, стойкой для свидетелей, двумя кафедрами для двух сторон и возвышением с длинным столом для судьи был полон.

Здесь буквально не осталось свободных мест. За кафедрами адвоката (наверное, здесь это называется по-другому) и прокурора стояли неизвестные мне мужчина и женщина. Они были одеты в одинаковые бордовые мантии, скрывающие их фигуры. На рядах кресел, мимо которых я прошла в полнейшей тишине, сидели тоже незнакомые мне люди. Но, слава всем богам, я заметила и знакомые лица – за длинным столом, на месте судьи, расположился Завиус, внимательным взглядом изучающий зал, а рядом с ним стояла Арманита, в такой же бордовой мантии, как у «адвоката» и «прокурора». Когда наши с кронпринцем взгляды пересеклись, он мимолетно улыбнулся мне, а затем снова стал «серьезным правителем».

Джоваши подсказал мне сесть на первый пустующий ряд, и я с радостью опустилась в кресло, потому что ноги отказывались меня держать. Черт, ну почему, почему я никак не могу справиться со своим страхом выступлений на публике? Это отвратительно – чувствовать себя беспомощной на глазах у стольких людей.

- Прошу внимания, - прозвучал громогласный голос Завиуса, и я дернулась, испуганно глядя на него. Он же продолжал, и лицо его было настолько безэмоциональным, что мне стало страшно. – Мы готовы начать слушание. Господа присяжные, сторона защиты, сторона обвинения, госпожа Верховная советница, я приветствую вас на втором слушании по делу контакта с богиней Мерсидой. На сегодняшнем слушании мы обратимся к главному свидетелю данного дела – Декаде Джонс.

Меня прошибло холодной волной. Как же я ненавижу эти публичные представления! Я буквально чувствовала каждый взгляд, обращенный на меня. Они будто скользили ядовитыми змеями по моей коже, оценивая, насмехаясь.

- Декада Джонс, прошу вас выйти в центр.

Не с первого раза услышав настоящий приказ, я поднялась и на онемевших ногах медленно двинулась к свидетельской стойке прямо посередине зала, лицом к судье.