Невеста пепельного принца

Я даже не успела заскучать, сидя на жёстком деревянном стуле, и тихонько перебирая кипу документов с доносами за последний месяц. Насвистывала себе что-то под нос, не обращая внимание на возню в коридоре. Вскоре и она прекратилась.

-Денег не будет! – вдруг заявил Дерим, тенью вползший в кабинет. То ли упрекал мой свист, то ли подводил итоги в поисках казначея. Почему-то меня совершенно не удивила эта новость. Я как будто внутри уже давно понимала, что Малькофа среди нас нет. Просто не могла себе это сказать отчётливо, ведь видела его своими глазами.

-Он умер? – я подняла глаза на вновь спокойного лорда.

-Вполне возможно. По крайней мере заявление с прошением об отставке подписано сегодняшним днём. Самого Малькофа во дворце не обнаружили. Зато нашли его письмо с извинениями. Только вот…

Я взяла протянутый лист бумаги с кроваво-красными буквами на пожелтевшем фоне. Казначей писал очень красивым и понятным почерком. Хотя чернила вызывали неясную тревогу.

«Прошу простить меня, Ваше Высочество. Я поступил некрасиво, объявив о своём уходе столь неожиданно и тихо.

Но у меня не оставалось выбора. Мои дочери сосланы из дворца, моё здоровье меня подводит всё чаще. Я не смогу больше служить вам и государству. Клянусь, что ни одной копейки мною похищено не было. Я выполнял свою работу честно и добросовестно, Вы это прекрасно помните. За все годы моей службы я ни разу не подвёл Вас. Так что прошу не искать меня, и не подозревать в чём бы то ни было. Я уехал отбывать свои последние дни рядом с оставшимися близкими мне демонами».

-Хм. – умом я понимала, что тут нет ничего, к чему можно было бы придраться. Но внутренняя интуиция как будто заставляла сомневаться. А может быть меня заставляло сомневаться недовольное лицо главы Тайной Службы. – И какие можно сделать выводы?

-Пока что только такие, в которых уважаемый Малькоф совершенно нагло врёт принцу о том, о чём мы и так все знаем. И общается иначе.

-Вы имеете в виду, что он всё-таки что-то украл?

-Я имею в виду, что он постоянно что-то воровал.

И его высочество был об этом осведомлён не хуже меня. Только прощал казначею эти проступки за действительно качественную службу и кое-какие договорённости.

-То есть это писал не он?

-Нет же. – Дерим поморщился от моей непонятливости. – Писал точно он. Насчёт того, когда именно – можно только гадать. Это его приём, у этих чернил не определить время, когда их использовали. Заговорённые.

-Кажется, до меня дошло. – в этот раз перебила уже я.