Невеста пепельного принца

А пока сижу тут как мышь, затаившись в своём подполье. Надеюсь, не найдёт, даже если сумеет пройти внутрь. Хах. Какая глупая надежда.

Спустя несколько минут всё неожиданно стихло. И от этой тишины даже запищало в ушах. Я начала гадать: он прошёл внутрь, и теперь тихонечко подбирается ко мне? Или просто бросил это неблагодарное занятие?

В итоге прошёл почти час, прежде чем я решилась вылезти из шкафа. С опаской, по стеночке, прошла к баррикадам, чтобы убедиться – они целы и невредимы. Никто не выломал дверь (как наверняка Вар поступил со своей), никто не прошёл.

Проверив надёжность защиты комнаты во всех возможных местах, я наконец окончательно успокоилась. Легла на кровать, раскинув руки, и просто долго смотрела в потолок, слушая собственное дыхание.

Творится что-то ужасно странное.

Принц, наверняка прежде гораздо более сдержанный, из-за меня едет с катушек. Ну, и из-за алкоголя тоже, конечно. Не приди я в его комнату в этот вечер, наверняка бы просто заснул в обнимку с бокалом, никого не трогая.

Почему Варден на меня так реагирует? Дело в метке? Да, она точно вносит хаос в общее положение дел. Поговорить бы с Варом по душам, но что-то мне подсказывает, ему теперь не до разговоров со мной.

Так-то он вроде даже прав в своём желании возлечь с невестой. Но с другой стороны – у них женщины не выглядят безвольными рабынями, которыми можно пользоваться, когда хочешь. Однозначно должно быть обоюдное согласие. Да и невеста – ещё не жена. Значит у меня тоже есть право отказывать.

Надо только до конца разобраться мироустройстве. А то я чувствую себя рыбой, выкинутой на сушу. Ужасно не комфортно.

Сегодня мне удалось заснуть не сразу. На выбеленном потолке, изуродованном чуждыми мне барельефами, то и дело кривились разные образы. Но чаще всего перед глазами мелькало лицо Вардена. Опьянённый взгляд раскосых глаз, густые брови, щетина, которую явно усердно сбривают каждое утро. Как это забыть? Его запах, его дыхание, его прикосновения.

Я ругала себя, ведь раз он мне так приглянулся, то могла бы и отдаться. Потом вдвойне ругала себя за подобные мысли, обзывая разными нехорошими словами. Затем вновь оправдывала, и скиталась в лабиринтах безумия собственных моральных устоев и принципов. Они сами себе противоречат, и не дают ступить и шагу хоть в какую-нибудь сторону.

В итоге спалось мне не очень радужно. Когда я всё-таки заснула, сон оказался крепким, без сновидений.