Свет Илай

— Куда мы сейчас? — спросила я у Эдрина. — Сегодня же не ярмарочный день, зачем мы заехали в этот город?

— Дела у нас тут, Вета, дела, — голос у Яра был встревоженный. — кстати, ты, поосторожнее сегодня. Видала, что у ворот творится? Если что, держись ближе к Эдрину.

Я поняла, что он беспокоится обо мне, и разом забыла все свои утренние обиды.

— К торговой площади правь, — обратился Старик к Эдрину, — Нам сегодня в «Кислое яблоко» надо попасть.

— Куда? — не поняла я.

Эдрин повернул ко мне голову.

— Таверна так называется. «Кислое яблоко».

А пока он говорил, вожжи ослабли, и Зарема свернула не в тот переулок.

Но, наверное, сам Велис повел её туда, а не в ту сторону, что нам было надо. Миновав еще пару проулков, Зарема вывезла нас на небольшую площадь, где ютилась пара лавчонок, и пахло явно прокисшим вином. А в самом углу площади человек пять, самой бандитской наружности, пытались прижать к невысокому забору того самого невзрачногомолодого человека, которого мы встретили на въезде в город.

Казалось, еще мгновение, и бандиты одолеют его, вот только «невзрачный» держался стойко.

Эдрин с Яром, вытащив мечи, сразу присоединились к потасовке, и спустя минуты три бой был завершён. На земле остались лежать все пятеро нападавших. Окинув взглядом площадь, я увидала в темном тупичке высокий силуэт в черном плаще с натянутым на голову капюшоном. И я была просто уверена, что это был тот самый соглядатай, который следил за «невзрачным» от самых ворот.

Скорее всего, он был с нападавшими заодно, а когда понял, что убить «невзрачного» не удалось, то решил ретироваться. Вот только, для этого ему надо было пробежать мимо нашей повозки. Но тут его ждало разочарование.

— Эдрин! — крикнула я, и показала на темный силуэт. А мгновение спустя незнакомец уже лежал у наших ног. Эдрин был мастером воздушного лассо, и я запоздало поняла, почему он так хорошо охотился на крыс во время наших стоянок.

— И кто это тут у нас?

«Невзрачный» наклонился над незнакомцем.

И вдруг, тот, неестественно вывернувшись, ударил невзрачного в грудь ножом. При этом капюшон слетел, и я увидала обтянутую серой кожей голову и красные глаза, горящие огнем. Серпент!

— Фанди! — закричал Яр.

«Они что, знакомы?» — промелькнула мысль.

Невзрачный упал, захлебываясь кровью, а на губах выступила синяя пена. Я в ужасе смотрела на эту агонию и понимала, что не знаю, как ему помочь.