Свет Илай

Маленькая диадема, несколько золотых колец и браслетов, колье. Все украшения были усыпаны мелкими и крупными красными камешками. Я разложила находку на лавке. Взяла одно из колец и попробовала надеть на палец. Маленькое.

И вдруг кольцо стало шире, наделось на палец и… пропало. Я даже по полу пошарила, подумав, что вот так пропасть оно не могло. Скорее всего — куда-то закатилось. Но куда? Я заглянула под настил. Земляной пол был чист.

Я опять завернула украшения в ткань, сняла с плеч рюкзачок и спрятала в него находку.

Этот небольшой кожаный рюкзачок, с кодовым замочком, пару лет назад мне подарила бабушка. Он был почти совсем невесомый. Я, порой, даже забывала, что он висит у меня на спине. Обычно я набирала на замке мой любимый код — 325. Но сейчас, подумав, почему-то набрала другой — 523.

Возвращаться к Лешке не хотелось. Все будут жалеть, говорить «как же ты теперь», «совсем одна осталась». Мне вовсе не хотелось все это выслушивать. Хотелось просто побыть одной. Завтра уеду в город, попрошусь в общагу.

Может, Калерия Аркадьевна найдет для меня местечко. Я положила голову на руки и уснула.

***

По моим расчетам мы отъехали от города километра на три, максимум на четыре, когда Старик остановил Зарему. Он явно нервничал, да и Эдрин был не в своей тарелке. Что произошло в городе, я не знала, но что-то явно произошло. Вот только что?..

В дорогу мы тронулись, едва переправившись на другой берег Саяжа. А в уже в полдень, проехав через городские ворота, прямиком направились в торговый квартал, и расположились на торговой площади.

Таких повозок, как наша, тут было довольно много.

— Торговый день — пояснил мне Эдвин, и добавил, — Вета, ты от повозки далеко не отходи, а если вдруг кто незнакомый подсядет или подойдет и скажет –«Пора в путь», ты сразу на повозку и трогай. Из города выезжаем через Южные ворота. Все поняла?

— Конечно, — потупив глазки, ответила я. Как он мне надоел за последние дни с этими наставлениями. Каждый раз приезжая на торговую площадь мои спутники оставляли меня одну, а сами спешили по своим делам и каждый раз Эдвин говорил мне одно и тоже: «Если к тебе подойдет…», ну, и так далее… Но никто чужой мной ни разу не заинтересовался.

Пару раз странную фразу произносил Старик, подходя ко мне, когда я глазела на уличных акробатов.

К торговым палаткам я старалась не соваться, да и денег у меня не было. Правда, в глубине телеги лежал мой рюкзачок, припрятанный там до поры до времени.