Эрна Штерн и два ее брака

– И что ты предлагаешь? Он здесь любого моментально в больничное крыло отправит, – ответила я без особого энтузиазма.

– Вот! – подняла палец подруга. – Ключевое слово «здесь». У нас же есть Военная академия!

И посмотрела на меня очень выразительно.

– Ну уж нет! – твердо сказала я.

Глава 6

– Улыбайся, – ткнула меня локтем в бок Грета. – Мужчины любят дур, а серьезное выражение лица сразу наводит на мысль о том, что в голове что-то есть. Как бы еще выяснить, что их нашивочки значат? А то нам нужен курс пятый-шестой, не ниже… Молодой человек, можно у вас поинтересоваться, что значат вот эти замечательные полоски и крестики? В самом деле? Ой, как интересно! Значит, у вас второй курс, у пятого крестик с загогулинкой, а у шестого два крестика? Нет, спасибо, в кафе мы не пойдем.

Всего доброго!

Последние фразы она говорила уже не так доброжелательно и восторженно, как первые. Напротив, ледяной ее тон напрочь отбил у курсанта желание продолжить с ней знакомство в ближайшем кафе.

Но ведь сначала она явно ему глазки строила…

– Видел бы тебя Марк, – покачала я головой с осуждением.

Гретина идея мне совершенно не нравилась. Зря я дала себя уговорить!

– Да ладно тебе переживать, – жизнерадостно откликнулась она. – Я ведь с ним в кафе не пошла, хотя мальчик вполне себе. Не бойся, Марк поймет, я же для тебя стараюсь, не для себя.

Интересно, здесь вообще старшекурсники ходят или одна мелочь?

Старшекурсники, к моему глубочайшему сожалению, тут тоже ходили. Так что минут через пятнадцать сидели мы с подругой в компании трех молодых людей с шестого курса в ближайшем кафе. Подруга вовсю кокетничала и заливалась серебристым смехом, я задумчиво ела клубничное мороженое, рассматривала курсантов и мрачно размышляла, кого из них придется отдать на заклание Штадену. Блондинистого молчаливого Краузе я отмела сразу, настолько он был похож на моего Олафа.

Невысокий темноволосый Крастен показался мне недостаточно серьезным противником для нашего барона. А вот светловолосый, рыжеватый Ведель, на мой взгляд, сам походил чем-то на Штадена, то же изредка прорывающееся высокомерие, те же немного хищные движения уверенного в себе человека. Если из этой троицы кто и может уделать моего «мужа», так только он.