Мурена

Опять хочешь заварить кашу?

— Да без меня вы бы ни в одном деле не продвинулись, — язвительно отозвалась Астра.

— Хватит! — рыкнул Ефим на девушку.

Астра обиженно замолчала, а Егор с ещё большим почтением уставился на него. И чтобы скрыть неловкость момента, он попросил ввести его в курс дела.

— Ах, это случилось ночью, — затараторил Егор, сцепив пальцы на руках. — Вломились, пока хозяин спал в верхних комнатах, украли золотой жемчуг и бесследно скрылись, не оставив никаких следов.

Ефим глянул на крыльцо ювелирной мастерской, затоптанное тёмными следами от подошв ботинок полицейских.

— Ясно, — пробормотал он. — Есть подозрения, кто бы это мог сделать?

— Явно кто-то из пришлых, — с облегчением выдохнул Егор. — Я уже послал телеграмму на остров Серебряного Полоза, там у нас местный рынок. Если кто-то захочет сбыть жемчуг, то мы его возьмём с поличным. Осталось только немного подождать.

— А если вор поплывёт на материк? — ехидно спросила Астра.

— Мы оповестили всех, — с нажимом произнёс Егор, багровея прямо на глазах.

— Вариант «подождать» не так плох, — промолвил Ефим, невольно встав на сторону полицейских.

В их случае он поступил бы точно также, но вот Астра это восприняла как предательство и больно ущипнула его чуть повыше локтя. Ефим глянул на распахнутые двери ресторана, откуда доносился аппетитный аромат, печально вздохнул и обратился к Егору Зубаткину.

— Вы позволите мне осмотреть место преступления? Так сказать, дабы не растерять свою хватку. Спешу вас искренне заверить, что я никоем образом не собираюсь мешать вам выполнять свой долг.

— Ах, заходите, конечно! — замахал руками Егор. — Можете даже поговорить с Фролом Савельевичем, я уже устал слушать его стенания по поводу пропавшего жемчуга.

— Лучшего жемчуга на всех Змеиных островах! — послышался из приоткрытого окна властный голос обиженного ювелира.

Ефим вошёл в мастерскую, брезгливо скривился, увидев грязные, пыльные следы на полу, но, видимо, полицейские считали своим долгом пройтись по каждой комнате, выискивая вора.

— Я готов вас выслушать, — Ефим приблизился к мужчине и облокотился на стойку, которую тот протирал бархатной тряпкой.

— Я вчера закончил очень поздно, — признался Фрол Савельевич. — Было далеко за полночь, я бы и до утра работал, но глаза начали слипаться от усталости.