Ангел, шельма и одноглазый кот 2

И проверять на себе демонские методы допроса совершенно не хотелось. Если раньше он меня пугал и раздражал, и этих чувств было ровно наполовину, то теперь раздражение полностью уступило место страху. А мысль о предстоящем сотрудничестве, которое я сама же собиралась инициировать, лишь нагнетала неконтролируемый ужас. Да, я боялась его. И боялась того, к чему наше общение может привести.

- Говори! – еще раз потряс меня Сатус, словно пальму. Наверное, хотел собрать урожай кокосов.

- Сократ его знает! - на одном дыхании выдала я, крепко зажмурившись.

– И он знает Сократа. Когда мы встретились эльф спросил, зачем тот приволок на базар эмпузу.

Последнее слово произвело впечатление взорвавшейся бомбы. На миг все затихло, застыло, замерло, а после сбоку, подобно грому, грянул возглас:

- Что?!

- Тихо ты, - одернул Кана Сатус. – Не ори. Она и так едва дышит, вот-вот сознание потеряет. Не пугай её еще больше.

Я распахнула веки, подняв очумелый взгляд на демона, и поняла, что что-то не так.

Мир, а вместе с ним и Сатус, поплыл, как будто растворяясь в чем-то едком, кислотном.

- Эй! Остановись! – заорал вдруг демон, непонятно кому и непонятно почему. Я вовсе перестала что-либо соображать. Тело стало легким, словно пушинка, и куда-то поплыло, как будто оказавшись в невесомости. – Она переходит!

Этот возглас был последним, что я услышала.

Мир начал меняться с умопомрачительной скоростью. Лицо принца заволокло густой черной дымкой, которая быстро распространилась, поглощая и все остальное.

Туман стремительно окутал не только Сатуса, но и Кана, а вместе с ним и еще одну высокую темную фигуру, которая, едва появившись на периферии рассеивающегося зрения, тут же пропала.

Заподозрив повторное появление недавнего метателя ножей, я хотела предупредить о нем Сатуса, но изо рта вырвалось лишь невразумительное мычание, а после и меня уволокло во тьму.

Глава 10

Вопреки прогнозам принца, сознание я не потеряла, но ощущения были странными, словно я застряла в пограничном состоянии между реальностью и бредом.

В себя пришла резко, как от удара. И обнаружила, что стою на сырой рыхлой земле, в окружении совершенного голого пейзажа, выглядящего так, словно конец света уже наступил и сценарий его был в разы безрадостнее всего того, что смогли придумать голливудские режиссеры.

- Мать моя Тьма! – взбешенно воскликнули позади.