Ангел, шельма и одноглазый кот 2

- Не надо, - с трудом пролепетала я, чувствуя, как меня затягивает в темноту, где что-то, что было злым и жестоким по самой своей природе, собиралось сдернуть покровы и показать свой истинный облик.

Несмотря на мои просьбы, демон не остановился. Его глаза наполнились свирепостью и опустились ниже, пальцы медленно прикоснулись к нижней губе, отчего сердце, еще раньше сбившееся с ритма, замерло, цепенея.

- Пожалуйста, - едва слышный шепот сорвался с прикрытых его большим пальцем губ.

Но он меня уже не слышал.

Другая рука, до этого преграждавшая мне путь к отступлению, соскользнула со стены на талию, вцепляясь в тело с той страшной силой, которая способна ломать кости и выворачивать суставы одним лишь движением. Ощущая, как он с непреклонностью бешенного зверя сжимает меня, то ли желая переломить пополам, то ли желая убедиться, что внутри я мягкая, теплая, живая, из плоти и крови, я начала задыхаться.

Стон разнесся по пещере и только спустя несколько долгих мгновений я поняла, что это мой стон.

- Ты должна быть сильной, - хриплый срывающийся шепот, словно принцу тоже не хватало воздуха, прозвучал рядом с ухом. – Иначе ты не выдержишь… меня.

Я попыталась упереться руками ему в грудь и ощутила, как мощно и сильно бьется его сердце под моими дрожащими пальцами.

А лицо демона было уже у моего лица, так близко, что я могла бы сосчитать его ресницы.

Короткий момент передышки и обжигающе-горячие губы коснулись моих, накрывая их, сперва осторожно, нерешительно, а после впиваясь с голодной яростью.

В тот же момент земля под ногами дрогнула и затряслась, словно в эпилептическом припадке. И тряслась с каждым ударом все сильнее и сильнее, набирая обороты, готовясь к чему-то…

«Чем-то» оказался скачок, который я ощутила всем телом, так же явственно, как я ощущала тело Сатуса, каменное, застывшее, прижимающееся ко мне. Перемещение таким, словно мы не просто прыгнули из одного пространства в другое, а в терпящим крушение самолете врезались в землю…

Сознание я не теряла, но открыть глаза решилась лишь тогда, когда тело перестало сотрясаться в такт дрожащему миру.

Бессмысленный взгляд уткнулся в потолок, состоящий из старых, потемневших от времени балок, которые подпирали другие, такие же древние и упирающиеся в пол. Первое время потолок кружился, словно в танце, а после стал замедляться, пока не замер, остановив карусель перед моим взором.

- Кажется, она пришла в себя, - раздалось откуда-то сбоку.