Ангел, шельма и одноглазый кот 2

Но руку все равно не убрал, подстроившись своими длинными ногами под мои короткие и зашагав рядышком по узкой тропинке, пролегающей меж непроходимых зарослей растений. - Неужели я настолько тебе противен?

- Дело не в этом, - тихо ответила я, глядя вниз, и правда вырвалась наружу: - А в том, что я боюсь тебя.

Демон остановился и остановил меня, одним движением руки развернув к себе.

- Так и должно быть, - его взгляд, жгучий, настойчивый, словно выцарапывающий душу, выдержать было очень трудно, практически невозможно.

– Ты должна меня боятся.

Застыв на мгновение, я развернулась и пошла дальше. Сатус догнал быстро и опять уложил на меня руку, на этот раз, приобняв и коснувшись пальцами спереди шеи. Со стороны такая поза больше напоминала захват, но то, с какой неожиданной аккуратностью его пальцы прикасались к моей коже, легонько поглаживая, волновало, сбивало с толку и заставляло дышать тяжелее, глубже. Наверное, я бы даже подумала, что принц пытается меня таким образом соблазнить, если бы не одно «но».

Изредка пальцы демона легонько, едва заметно вздрагивали, отчего создавалось впечатление, будто он едва сдерживается, сопротивляясь каким-то своим внутренним порывам.

Возможно, порывам придушить меня.

- Убери руку, - потребовала я, дернув плечом.

- Нет, - просто ответил демон, продолжая смотреть строго вперед.

- Ты горячий, - заявила я, ожидая дальнейших препираний.

Но демон отреагировал нестандартно, чуть запнувшись, он спросил глухим голосом:

- Сильно?

- Не очень, - поморщилась я, потому что идти в такой позе, когда тебя практически держат за шею было хоть и удобно, словно мое тело идеально подстраивалось под очертания его, но… чрезмерно волнительно.

– По шкале от одного до десяти примерно шесть.

Не знаю, что такого я сказала, но демон руку убрал и даже поправил куртку, которая так и болталась на моих плечах, постаравшись запахнуть её посильнее.

Остаток пути мы преодолели в молчании. И это позволило сделать еще одно открытие, помимо того, что кожа демонов, оказывается, умеет нагреваться – с Сатусом очень уютно молчать.

По моему мнению, все люди условно делились на две категории – те, с которыми было приятно говорить и те, с которыми было приятно молчать. Первые являлись отличными собеседниками, способными поддержать разговор на многие темы и составить веселую компанию на вечер. Они были хороши в разговорах на те темы, в которых разбирались, но часто забывали слезать со своей персональной воображаемой трибуны.