Кара Рентл - расхитительница иллюзий

— Все в сборе, живы и практически здоровы, можно приступать к самой сложной части вашего плана, — ну почему сенсей такой зануда. Даже пообщаться просто по-человечески не может.

— А может, сначала расскажешь, что вообще происходит, где ты был и что делать-то надо?

Естественно, я не удостаиваюсь ответа.

Олег походит к лежащей на алтаре полупрозрачной фигуре моего отца:

— Учитель, — молвит он, сложив ладони намасте и почтительно склоняя голову.

— Олег, сколько лет…, — силы явно покидают моего отца безжалостно и быстро.

«Сенсей не в настроение говорить, Кара. Пережить многое ему выпало. После пообщаетесь. Надеюсь, ты хорошо изучила книгу твоей бабули? Сейчас эти знания тебе очень пригодятся».

Я окидываю всех возмущённым и непонимающим взором. Дракон висит в воздухе, переводит взгляд по очереди на каждого, и нетерпеливо виляет хвостом из стороны в сторону.

Только сейчас до меня доходит, что сейчас начнётся.

— Надеюсь, ты готова к использованию своего истинного потенциала дара мемфрая? — довольно недружелюбно спрашивает меня Олег и подходит ко мне.

По его лицу сложно угадать, как он ко мне на самом деле относиться. Но по голосу, явно чувствуется изменение градуса его эмоциональной привязанности ко мне.

Я ожидаю хоть бы каких-то слов поддержки, сожаления.

Не углядел он за мной тогда в аббатстве, что же, бывает. Или на худой конец, просто радости, что я жива, но ничего такого мой учитель не собирается говорить. Истукан истуканом. Стоит, глазами зыркает, хочет, видимо, дыру во мне проделать.

— Нет! Я не готова! От слова со всем! Я даже не знаю, что надо делать? Как этот дар действуя? Что к чему? Где инструкции? Подробный план действий? План А, план Б и даже В, на случай, если вдруг что-то пойдёт не так?

Меня трясёт, как тряпичную куклу на ветру. Руки холодеют, голова тяжёлая, тошнота подкатывает к горлу, живот крутит. И в довершение ко всему, колени становятся мягкими, подгибаются и мне приходится присесть на скамейку.

— Что-то мне нехорошо, — я цепляюсь в подлокотники скамьи так сильно, что костяшки пальцев белеют.

Если бы меня сейчас собрались куда-то нести, я бы всеми силами упиралась и держалась за скамью, как за последнюю надежду в своей жизни. Будут выносить, то только вместе с сидением. Никак не иначе.

— Не время поддаваться атакам паники. Соберись и заверши то, ради чего здесь ты появилась, - стальные нотки в голосе сенсея окатывают меня холодной волной. Такая реакция на мою персону от наставника становится для меня неожиданностью.