Кара Рентл - расхитительница иллюзий

Кулоны жужжат и вибрируют. Цвета на их поверхности переливаются разноцветными яркими оттенками.

– Смотрю, Олег неплохо тебя обучил, – долетает властный женский голос. – Отдала бы ему должное, в том, что он отличный учитель, если бы это имело значение.

От звука этого голоса по спине пробегают стадо мурашек, в ушах нарастает давление.

Наконец, из темноты выплывает неясная фигура. Сотканная из тени, дыма и чёрной подвижной субстанции, она плывёт над полом, не касаясь его. По мере приближения фигура начинает обретать всё более плотные и чёткие очертания.

Уже могу различить женщину в окружении тёмного облака живых и подвижных теней. Останавливается на небольшом расстоянии, зависает в воздухе. Становится неуютно и холод сковывать конечности.

– Ясно понятно, - произношу, сглатывая комок. - Моя мать, собственной персоной. Зрелище так себе, если честно.

Одно радует, что я не застываю как колонна, вросшая в землю от страха.

Раздаётся раскатистый смех, похожий шелест крыльев, а затем чёрные щупальца темноты, потянулись в мою сторону.

Эти тени-змеи окружают меня и ползут вверх к моему лицу.

– Я давно уже не та женщина, которая когда-то тебя родила, — холодный голос раздаётся совсем близко.

Теневые протуберанцы, покачиваясь, зависают напротив амулетов. Пытаются прикоснуться к ним, но не могут этого сделать, упираясь в невидимый барьер, окружающий подвески.

– Не могу сказать, что мне обидно это слышать, – отвечаю я той, кто когда-то была моей матерью.

– Думала, что я не увижу тебя больше никогда, – с явным разочарованием долетает до меня голос.

Жгуты тени ощупывают моё лицо.

От их прикосновения кожу пронзают тысячи электрических разрядов. Внутри всё замирает.

– Интересный экземпляр получился, - подводит свой вердикт голос тени.

– Мило. Экземпляром меня ещё никто не называл, – отвечаю ей, стараясь, чтобы мой голос звучал громко и жёстко.

Зажимаю в кулак амулеты и представляю, что окружаю себя энергетическим голубым куполом. И надоедливые тёмные щупальца перестают мне надоедать.

– Ах поверь, милое дитя, твоя защита не поможет тебя. Я всё равно, так или иначе, рано или поздно, но убью тебя, — в голосе появляются нотки удовольствия и предвкушения. Кто-то здесь явно жаждет моей крови.

– Это мы ещё посмотрим, – стряхиваю с себя остатки страха, как рваную одежду.

Чтобы добраться сюда, мне пришлось преодолеть столько препятствий, что сейчас я не собираюсь её боятся.

– Милая наивная пташка.