Кара Рентл - расхитительница иллюзий

В интонации Дарио проскальзывают стальные нотки и от его бравой расхлябанности не остаётся и следа.

Ника задерживается на секунду, вскидывает голову, и мне чудится её глазах злоба и раздражение. Слегка кивает и исчезает в лифте. Запахло интригами. Интересно, что между этими двумя? Явно присутствует какое-то напряжение.

— О, я смотрю, тут залетали искры в воздухе? — облокачиваюсь и улыбаюсь, барабаня кончиками ногтей по деревянной поверхности стола. Амулет предварительно прячу в карман. Разберусь с ним потом.

А сейчас я так понимаю, мне предстоит разговор.

Неспешной походкой "викинг" подходит ко мне. Лицо серьёзное, желваки ходят ходуном, кулаки сжаты. Неужели я вызываю в нём такие сильные эмоции.

Сердце бешено стучит, ладони потеют, по спине пробегают мурашки, словно стадо мамонтов. Ну что это за подстава такая!

Не могу понять, что же я больше чувствую сейчас: обиду или гнев; возмущение или страх; необъяснимое влечение к этому мужику из снов или желание настучать ему по мордахе.

Моё стремление напада́ть, обвинять, он всё-таки сломал мою жизнь, никуда не испаряются.

Но на время я решаю придержать "коней" и превращаюсь в одну сплошную натянутую струну, которая может лопнуть в любой момент от нечаянного многозначного взгляда и неосторожно оброненного слова.

В голове всплывают обрывки сна, где Дарио расправляет крылья, обнимает меня ими, защищает. Тут же стряхиваю с себя это наваждение. Что за блажь? У нас с ним, если я правильно понимаю вообще договорной брак, причём даже не между нами, а нашими родителями.

Да и то, если я не захочу, то может и не случиться сие таинство.

Допускаю, что если бы не обстоятельства нашего с ним знакомства, то можно с уверенностью сказать: такой парень, как этот, мог бы мне понравиться. Но увы, не таким образом, чтобы там не чувствовало моё тело или сердце, или оба, вместе взятые.

Я до сих пор считаю, что мог быть и другой путь, и уверения всех людей в двух мирах, не способны переубедить меня в обратном.

Вздёргиваю высоко голову и смотрю прямо в глаза своему наречёному.

— Если ты больше не собираешься трапезничать, то мы можем идти, — с этими словами он протягивает мне руку, предлагая помощь встать со стула.

Криво усмехаюсь, спрыгиваю на пол, поправляю тунику, приседаю в лёгком реверансе, изображая сестру Нику, и говорю:

— После вас мессер Дарио, показывайте дорогу.

Лицо "мамонта" остаётся напряжённым и задумчивым. Разворачиваясь, тот направляется к двери, и я следую за ним.