Солнце, уснувшее в ладонях ведьмы

— Как тебе такое чтиво?

Кай посмотрел на корешок без энтузиазма.

— Хорошая книга. Век пятнадцатый, если мне не изменяет память.

— Да? — Я стащила книгу с полки и пролистала. — Тогда, пожалуй, возьму с собой и почитаю на досуге. — Я остановилась на разделе под названием «Истребление», но текст был слишком старым, не все слова получалось с ходу разобрать, значение других и вовсе приходилось угадывать. Я захлопнула книгу и помахала ею перед Каем. — Как, кстати, убивают вампиров?

— Так же как и людей.

Я недоверчиво хмыкнула и сунула книгу подмышку.

— Неужели.

— Мы быстрее восстанавливаемся, но вырванное сердце или отрезанную голову вряд ли переживём.

— А чеснок, святая вода, солнечный свет и вот это вот всё?

— Нет, нет, солнечного света боятся обращёные вампиры, а их, насколько мне известно, истребили.

— Обращённые? — Я перешла к соседнему стеллажу. — А какие ещё бывают?

— Истинные. Мы родились вампирами, у нас бьётся сердце, и мы можем питаться обычной едой, хотя кровь — не обязательно человеческая — и нужна нам, чтобы поддерживать физическую силу и продлевать жизнь.

— «Мы»? То есть ты из этих истинных? — Я снова обернулась.

Кай кивнул и продолжил.

— Обращённые — те, кто был человеком, но… в ходе определённых манипуляций, стал вампиром. Это умертвия, у них не бьётся сердце и без человеческой крови они погибают. Солнце тоже их убивает, разумеется. А ещё кровь мертвеца.

— А тебя кровь мертвеца убьёт?

Кай вздрогнул, пальцы его замерли на корешке одной из книг.

— Нет, но от неё мне станет достаточно плохо, чтобы подпустить врага слишком близко.

Я присвистнула.

— Ты так легко рассказываешь об этом.

Кай пожал плечами.

— Ты спросила, — голос его прозвучал равнодушно, но я услышала в нём тень досады. И она мыслью кольнула меня в затылок.

— О, это потому что ты мой фамильяр, — протянула я, то ли спрашивая, то ли утверждая.

Кай не ответил, а я вспомнила, как он примчался в душевую, чтобы спасти меня, как обратился в нетопыря по одному моему слову, как едва не погиб, защищая.

Рута тоже всегда самоотверженно защищала маму, насколько позволяло её маленькое кошачье тело. Они понимали друг друга без слов, настолько, что иногда меня казалось, что они и вовсе были одним целым, по ошибке разделённые на два тела. Воистину удивительную магию сплёл Поток.

Я вышла в проход между стеллажами, шарик света послушно плыл следом, и увидела заветную табличку. «Фамильяры и магические связи».