Ассистентка

Я предположила, что у него там был лаз. Но лезть в пыльный угол, чтобы убедиться в этом не хотелось. Но сбежать и раствориться в столовой также ловко как кот я не успела, раздался аккуратный стук в дверь.

Затем она слегка приоткрылась, в кабинет заглянула вежливая женщина лет тридцати пяти.

— Здравствуйте, извините пожалуйста, а кабинет Кристовского Глеба Ростиславовича здесь?

— Да, — неуверенно отозвалась я. — Но его сейчас нет.

И будто бы в кабинете была установлена скрытая камера, зазвонил телефон.

Конечно, это был Глеб Кристовский.

— Варвара, ко мне сейчас женщина зайдёт, — начал он.

— Уже зашла, — оборвала я его.

— Отлично. Пусть дождётся.

— Принято, — ответила я и нажала отбой.

Тем временем дама явно слышала наш разговор и, не дожидаясь моего приглашения, уже продефилировала в кабинет. По пути она брезгливо озиралась, раздумывая, куда сесть. На ней был молочно-белый брючный костюм: свободные брюки-палаццо со стрелками и укороченный жакет. Светлые волосы были собраны и закручены в высокий «узел».

Своим видом она излучала шик и хороший вкус! Но её вежливая уверенность почему-то выбесила меня больше, чем деревенская хабалистость даниловой мамы. Я попыталась отрешиться от посетительницы и заняться своей работой. Тем более она уже присела на стул, убедившись, что банкетка в углу в шерсти, а других вариантов у неё нет.

— Девушка, можно мне пожалуйста кофе, — вдруг обратилось она ко мне.

Что?

— Вы ко мне обращаетесь? — вскинула я голову.

— Конечно. Будьте добры, сделайте мне кофе. Без сахара. Без сливок. Без лимона, — «без вопросов» казалось, что она не закончила предложение.

Да за кого эта расфуфыренная мамзель меня принимает!

Конечно, я понимаю, что её жакет стоит не меньше пары тысяч «зелёных», а изящная маленькая сумочка настоящий Birkin, а в ушах и на шее поблескивают точки-бриллиантов. Маленькие, изящные, неброские, но баснословно дорогие! Но я же не официант здесь! Вообще, захочу превращу её в жабу! Когда научусь, конечно.

Честно, не знаю, сказанула ли бы я ей что-то дерзкое и грубое или всё-таки сделала кофе, но от решения этой абсолютно «нобелевской» задачи меня спасло появление Глеба Ростиславовича.

Как только он возник на пороге, женщина мгновенно устремилась к нему, тонко отстукивая дробь каблучками. Её аккуратные ладони с безупречным маникюром легли к нему на плечи, несмотря на то, что на одном из пальцев сверкало обручальное кольцо.