Ассистентка

Мне пора, еще увидимся, — он легко развернулся и, крикнув что-то на прощание Юльке, растворился в дыму.

Музыка кажется стала громче. Удивительно, что судя по всему она никак не мешала светскому раунду за стеной. Теперь и парни присоединились к девчонкам. Юлька красиво извивалась в центре. Только Макс вальяжно раскинувшись остался сидеть на диване, и парочка, пока незнакомых мне «белых» ассистентов целовались углу комнаты. Я решила выскользнуть вслед за Сашкой.

Стоило мне закрыть за собой дверь какофония современных ритмов оборвалась.

Теперь меня окружала совершенно другая атмосфера, будто сменили пластинку на граммофоне. В центре зала под лирическую мелодию кружилось несколько пар. Я замерла. Когда-то давно я тоже занималась парными бальными танцами, поэтому невольно залюбовалась вальсирующими.

— Потанцуем, — раздалось у меня за спиной.

Я обернулась. Рядом высился тот самый наглец с лестницы. Ян Гросс. Начальник Юльки.

— Варвара, — он протянул мне руку и назвал моё имя, хотя я не успела ему представиться.

Его глаза в упор смотрели на меня. Не зная, уместно ли отказаться, я как под гипнозом вложила свою ладонь в его. Он уверенно повёл меня в центр зала. Понимание, что на нас косятся, холодило меня, но я могла ни вырваться, ни отвертеться. Его правая рука уже легла мне на талию. И меня будто пронзили сотни невидимых игл. Ощущение было болезненным и одновременно приятным. Зал закружился вокруг. Это мы танцуем или комната, как карусель несётся вокруг нас? Стоит признать, он отлично танцевал.

Музыка кружила нас. Окружающее пространство сливалось в одну сверкающую линию. Я чувствовала, что вот-вот потеряю сознание. Но продолжала совершать заученные давным-давно па. Макушкой чувствуя его подбородок, я кружилась и кружилась в каком-то дьявольском танце, уже практически не слыша мелодию.

— Нам пора, — голос Кристовского выдернул меня из забытья.

— Извините, — попыталась я улыбнуться своему партнеру.

Но оказалось, что он стоит уже практически в двух метрах от меня.

— Доброго вечера! Ты отлично танцуешь! — чеканя слова как заклинание произнёс он.

Его губы по-прежнему были изломаны улыбкой, но глаза сделалась матовыми. И обращены они были не на меня, а на Глеба.

— Зачем ты пошла с ним танцевать? — на ходу отчитывал меня тот, накидывая пальто на мои плечи и практически выталкивая меня на улицу.

— Я не знала, что это запрещено.

— Я же сказал тебе быть с другими ассистентами! Зачем ты пошла в основной зал? — продолжал распыляться он.