Ватрушка для Тимохи

Они занялись уборкой, прислушиваясь к обсуждению жилищных условий: большинство альф-холостяков пришло в недоумение при виде эркеров — «лучше бы нормальные балконы сделали»; не пожелало заниматься ремонтом — «мы не нанимались кисточкой махать»; а плодовые деревья обозвало источником мусора. Барибал Цветан, слушая эти вопли и негодование, тихо хмыкал, Зорьян, отыскавший оставшиеся от строителей ведро и тряпку, протирал статуи, а Мохито уминал сухие листья в пакеты и тихо радовался, что они будут жить почти без соседей — только какой-то лис выбрал себе квартиру в самом первом доме, на первом этаже.

— Здесь хорошо, — проговорил Цветан, когда возмущенно гомонящая толпа умчалась прочь. — Был бы я один — не о чем раздумывать. Но у меня супруга в тяжести и маленький сын. Мы сняли дом еще месяц назад, когда я приехал на спецкурс. Начальство шепнуло, что отряд расквартируют в Ключевых Водах, и я искал жилье, в котором можно будет остаться, если меня зачислят. Попался удачный вариант: крепкий дом для медведицы с детьми и времянка для альфы.

Мы живем почти как бурые пещерники, медведица с детьми на зиму уходит в спячку. Дом с времянкой подошел нам на все сто. Жена довольна, мелкий играет во дворе. Для полного счастья только электродуховку купить надо, жена говорит, что в газовой духовке пироги пригорают. Вы едите сдобу?

— Я все ем.

— Я тоже, — отозвался Зорьян. — Хлебодарная миловала, поперек горла ничего не встает. Творожное люблю. Хоть пироги с творогом, хоть вареники

— Принесу ватрушки, — пообещал Цветан.

— Жена иногда ватрушки печет, попрошу сделать.

— Ватрушки обожаю, — признался Мохито. — У нас в кафетерии рядом с общагой по четвергам ватрушки бывают. Если успеваю — забираю целую коробку. Я их в сгущенку макаю. Да и без сгущенки — хоть на завтрак, обед и ужин.

Под неспешный разговор и обсуждение выпечки они выдраили обе статуи. Скрутки затлели, разогревая чаши. Цветан отступил на пару шагов, поклонился сначала Хлебодарной, затем Камулу.

Мохито и Зорьян — наоборот. Волк-то понятно почему, а Мохито и этим отличался от сородичей. Медведи обычно приносили к алтарю Хлебодарной кусочек сотового меда, чтобы липкая сладость растеклась по дну чаши. Считалось, что медовая дань вернется толстым слоем осеннего жира и подарит спокойный сытый сон. Мохито, как и большинство городских медведей, живших бок о бок с людьми, лисами и волками, в спячку не впадал. Не он один — многие без зимнего сна обходились.