Созвездие Джакомо Капротти

– А разве игра не стоит свеч? Разве вам не интересно узнать ответ на вопрос, который искали на протяжении 5 веков? – Михаил наклонился ко мне, опершись скрещенными руками о стол.

– Почему вы думаете, что я смогу? – Вернув бокал на прежнее место, я сложил руки на груди и откинулся на спинку стула.

– А почему вы думаете, что у вас не получится?

– Придется копать в разных областях науки и искусства, а у меня недостаточно знаний, – озвучил я очевидную причину.

– Но вы не будете одиноки.

У вас будет поддержка в лице 4 человек, включая меня и всех наших друзей вне сообщества. Как только вы соглашаетесь, наши знания, навыки, связи становятся вашими.

Звучало соблазнительно, но меня больше интересовало, как я попаду домой, и если мне придется остаться, то, как выкручиваться с финансовым и жилищным вопросом? Я так глубоко погрузился в раздумья, что очнулся только, когда Михаил свалил меня на пол и бросился к выходу.

– Не ждите меня! – крикнул мне, выбегая из бара.

Всё произошло настолько быстро, что я не смог сразу оценить уровень риска для жизни. Когда я поднялся и отряхнулся, помещение затопила тишина. Люди сначала просто безмолвно смотрели на меня широко раскрытыми глазами, а потом с криками бросились на улицу.

Я уловил ужас на их лицах, но так и не смог уловить суть происходящего. Скорее благодаря подсказке бокового зрения, чем намеренно, повернул голову налево и до меня, наконец, дошло то, что произошло. В одной из книг торчала пуля травматического пистолета.

Кто-то стрелял в нас, но промахнулся.

– Твою мать! Это не похоже на сон! –  Я шлепнулся на стул и залпом выпил содержимое бокала. Очнувшись от глухого гула в полностью пустом заведении, я рванул на улицу и столкнулся с котом.

Возле входа столпились жестикулирующие люди. Они единогласно пытались донести до полиции сведения о случившемся, а кот спокойно сидел у двери и наблюдал за развитием драмы. Увидев меня, маленький гид потерся о мои ноги и вильнул в образовавшийся проход с краю толпы, я незамедлительно последовал за ним.

На обратном пути получилось уловить момент перехода. Сердце судорожно забилось, и мне показалось, будто кто-то аккуратно снял верхний слой краски с полотна реальности, а под ним оказалась другая картина.

Ступив на родной пустырь, я еще никогда не был рад вдыхать этот чудный раскаленный воздух с запахом пыли. Даже грохот колес поезда не смог нарушить воцарившуюся в душе идиллию.