Счастье даётся всем.

И сейчас была очень похожа на любимую отцовскую гончую семейства Ольсон, когда та, сначала легко взяв след, дрожа от нетерпения, лезла за дичью в топкое Погольское болото, а потом, почуяв под лапами шевеление трясины, мгновенно замирала, на уровне инстинкта понимая, что любой её неосторожный шаг вполне может стать последним.

Иллике скользили за Верховной след в след на небольшом расстоянии, не задавая никаких вопросов. И лишь Янника позволяла себе нет-нет да и выглянуть из-за спины крупной Гарди, основательно закрывавшей ей всякий обзор.

И это было очень обидно! И откуда среди нежных иллике берутся такие дылды?!

Они обошли весь двор. Верховная даже заглянула во флигель, но дальше порога не пошла, небрежно махнув рукой в открытое пространство. Больше в этом месте смотреть было нечего, потому что за полуразрушенным домом уже корявилась дикая изгородь с пахучим клодисом и упиралась в высокий глухой забор.

Верховная мощно потянула носом и трижды чихнула.

- Мерзкий клодис! – раздраженно опустив уголки губ вниз, цыкнула она.

– Это ж надо было развести здесь такую пахучую дрянь! И как голова у людей не болит?! – а потом устало поднесла руки к лицу, вытирая капельки пота на висках: – Мы с тобой ошиблись, девочка. Здесь ничего нет.

Янника поняла, что это говорилось ей.

- Может, в каменном доме посмотреть? – предложила Благочестивая.

Но Верховная слабо поморщилась:

- Гутри… Ну что ты как маленькая?! Нет здесь ничего!– и снова громко чихнула.

– Всё. Уходим…

Но никто из иллике не тронулся с места.

- Может, за изгородью посмотрим? – неожиданно предложила Сигни.

Верховная посмотрела на неё как на умалишенную:

- Ну? – выдохнула она уже с прежним высокомерием. – И что изменится?! Я туда не пойду! А ты посмотри! Посмотри! Если, правда, увидишь что…Ты прямо шибко глазастая у нас! Все глазастые здесь! Одна я только не угляжу ничего!

Сигни виновато пожала плечами, всем своим видом говоря, мол, попробовать стоило, но раз никому ничего не нужно, то и ей тоже.

- Я! – вылезла из-за спины белокурой дылды Янника, от волнения подхватив свою длинную прядь волос и сейчас немилосердно теребя золотой наконечник.

Верховная, которая уже сделала шаг, остановилась:

- Что «Я»?

- Ну… Я же вижу… как бы всё… вот…– сил продолжать не осталось, потому что Янника уже знала, как легко потеряться в своих ещё неслаженных, неуверенных, зыбких ощущениях.