Счастье даётся всем.

- Ну, – помялась Янника, – я же подведу тебя, и всех вёльв на Хротгаре, и всех иллике!

Даже говорить это было девушке безумно страшно…

А старая Хейд рассмеялась понимающе и сказала:

- Сначала сделай, а потом – поговорим. На любые поступки, и хорошие, и плохие, нужна отвага. А смелости у травы за забором не бывает.

- Вы сравниваете меня с травой? – вдруг вспомнила Янника тон Верховной и попыталась всерьёз обидеться.

- Нет! – посмотрела нежно тогда Хейд и ласково погладила глупую колючку по голове.

– Ты, маленькая, и даже на сорнячок пока не тянешь.

И растерянная Янника, повинуясь какому-то неясному порыву, вдруг накрыла ладошкой ту немолодую руку, что гладила теперь её нежно, притянула к себе и поцеловала в раскрытую ладонь, а потом пошла в класс.

Правда, у самого порога она резко повернулась к вёльве:

- Мне действительно можно делать всё-всё? – уточнила она, и глаза её вдруг ярко и озорно сверкнули.

- Всё! – подтвердила Хейд. – Всё, что считаешь нужным, важным и правильным! Всё!

Тогда Янника вдруг, глядя прямо в глаза старой вёльве, отточенно произнесла:

- Я так и поступлю! – потом сделала осторожный шажок назад и добавила, внимательно-превнимательно наблюдая за вёльвой: – До вечера…мама Хейди.

Женщина ответила не сразу.

- До вечера, моя девочка, – наконец кивнула вёльва, сглотнув сухим горлом застывшую во рту влагу.

***

- Ууу! Вёльва мороженая! – басом загудела Дуська и толкнула Яннику в бок.

– Айда уже кататься! Чего стоймя стоите? Вон борнины кадушки уже третий раз съехали. А мы всё селёдку мочёную никак не уговорим!

- За мочёную селёдку сейчас по губам схлопочешь! – мрачно пообещал сестре Риг и схватил мелкую за ворот тулупчика.

Но Дуська подкатила ко лбу глаза, как-то очень быстро и ловко отогнула его пальцы от себя и вякнула осторожно, но громко:

- Так и запишем, что с «мороженой вёльвой» ты согласен! – и звонко заливаясь смехом поскакала к саням, у которых уже давно мялись Гейт с Яром.

– Да рассаживайтесь уже! – приказала снова и первая вскочила на кованое сиденье.

Веселье началось!

С горы сани рванули разом, разгоняясь первым усилием Яра и под весом пятерых, а потом понеслись с невероятной скоростью. Скоростью такой, что ветер в ушах засвистел.

- Держи ровнее, – кричал Яр, стоящий за креслом на полозьях, рыжему Гейту, сидевшему впереди и правившему носом.