Змеиного царевича невеста

Полозовы

Алена

С первого взгляда на родственниц моего «жениха» я поняла, что с нарядом облажалась по полной. Они одеты были ещё расфуфыреннее меня. У старшей — диадема в черных волосах, тонна жемчуга на шее и фиолетовое полуплатье с кучей оборок. Почему «полу»? Так оно сильно укороченное, чтобы движению хвоста не мешать. Вместо полноценной юбки — пачка, как у балерины. Вторая змеюка, помладше, в чем-то желто-оранжевом, ядовитом даже на вид. И тоже в каменьях и злате. Что-то зелёное, наверное, даже изумруды.

А знаете, я начинаю задумываться, сколько стоит моя покорность.

Кажется, жениха мне предлагают мало, что красивого, так ещё и богатого. Это вам не Пашка, у которого родители на заводе работают. Это вон потомки Великого Лотоса… в смысле, Полоза!

Кстати, о Пашке. Интересно, как ему бабка Тоня мою пропажу объяснила? Лелика волки в поле сожрали? Или она от неразделенной любви в колодец сама сиганула? А ну, как он следом прыгнет?

— А скажите, пожалуйста, сюда каждый попасть может? — обеспокоилась я.

— Меня в колодец скинули, а если кто-то в него прыгнет, что получится?

— Ничего, — пожала плечами старшая змеедама. — Утонет, шею сломает, с голоду помрет…

— Оптимистично, — одобрила я. — Меня, кстати, Аленой зовут.

— Я — Властимила, а это моя дочь, Златоглаза.

— Просто Злата, — приветливо кивнула девушка.

Она была похожа на брата узким лицом, но глаза у нее золотые и волосы русые, уложенные в корону из косы и прикрытые жемчужной сетью.

— Что же мы стоим, прошу за стол! — спохватилась Властимила (почему-то имя потенциальной свекрови запомнилось мне с первого раза, в отличие от деда).

И змеюка поползла по лестнице вниз. В подвал, что ли? А за стол — это именно “за”? Или конкретно я все же буду ужином?

Мне захотелось закричать и убежать, размахивая руками, но было неловко нарушать планы этих существ. Я иногда бываю неуместно деликатна, рано или поздно это закончится для меня плачевно, но не сегодня. Внизу все же оказался не мрачный подвал с цепями и колодками, а вполне себе большая и светлая гостиная.

На стенах картины, под потолком люстра хрустальная, нестерпимо сверкающая. Из мебели там был только стол, а вместо стульев — подушки, на которые грациозно опустилась Злата, свернув хвост кольцами. Однако! А если я сяду, то мой нос окажется на уровне столешницы. Между тем на столе обнаружилось вкусное и красивое: и фрукты, и пирожки, и вроде как морепродукты. Возможно, лягушачьи лапки тоже присутствовали. А посуда, кажись, из чистого золота.