Невеста каменного лорда

Во сне я скидывала с себя одеяло, но чьи-то руки снова и снова поправляли его. Прикладывали холодный компресс ко лбу, обтирали покрытые испариной руки и ноги. Сколько длилось это беспамятство, сказать было трудно.

Во время одного

из пробуждений я вдруг увидела перед собой лицо Лукреции и вскрикнула.

– Тиши-тише, – принялась успокаивать меня надзирательница, но я не слушала её и отползала назад, пытаясь отгородиться руками.

– Уходите! – закричала я.

Лукреция поначалу запротестовала, но вскоре сдалась и наконец вышла из комнаты.

После её ухода моё сознание утащило в забытьё, но при следующем пробуждении всё повторилось вновь. Лукреция сидела рядом с кроватью и отжимала компресс. Я выгнала её. Потом опять. Но она возвращалась снова и снова.

В одно из таких пробуждений, присмотревшись, я увидела, что черты лица ухаживающей за мной женщины не так уж и похожи на те, какими обладала Лукреция. Хотя строгость и сухость присутствовали, всё же было в них и нечто мягкое. Я прищурилась. Рядом с кроватью сидела не Лукреция, а Мариса Ротвер, моя несостоявшаяся камеристка.

– Где Кэт? – спросила я, наконец, осознавая, что всё это время бредила и только сейчас начала приходить в себя.

– Думаю, вам лучше осведомиться об этом у лорда Грэмта, – ответила Мариса. – Мне известно только, что госпожа Симас покинула Флуэн.

– Как покинула? – я попыталась привстать с кровати, но Мариса положила руку мне на плечо, не давая подняться.

– А что с Аланом? – перед мысленным взором возникло его лицо, мокрое от слёз.

– Его светлость занят делами, но часто к вам заходит, – ответила госпожа Ротвер.

– Позовите его, – из-за длительного молчания мой голос болезненно хрипел.

– Насколько мне известно, Его светлость ещё утром уехал в крестьянские угодья. Но я обязательно передам, что вы приходили в себя и хотели его видеть.

И всё-таки многое в этой Марисе напоминало мне Лукрецию. Я неприязненно поморщилась и отвернулась, прикрывая глаза и позволяя себе снова заснуть.

Раз от раза пробуждения становились более частыми и долгими. Во время каждого из них я спрашивала про Алана и во время каждого слышала, что он недавно заходил, но именно сейчас занят чем-то неотложным. Это злило и пугало одновременно.

Дождавшись, когда у меня наконец появятся силы подняться с постели, я сразу же потребовала собрать меня к ужину.