Ведьма самых вредных правил, или мачеха ведёт отбор

Ни на что не надейся, я подстраховался!

— Не скажу, что вы блещете умом и сообразительностью, — выплюнула я в лицо мужчине и едва не рассмеялась. — Но вам не приходило в голову, что живыми вам отсюда не уйти? А я пошлю вашему отцу скорбную телеграмму с новостями о том, что на вас напали бандиты, но мои рыцари успели лишь отбить вашу раненую тушку и передать её на погребение. Потому надеюсь, покой его сына никто не потревожит.

— Я убью тебя, — а вот и угрозы в ход пошли, — даже не надейся, что сможешь выбраться отсюда живой!

— Мне уже по-любому не жить, так что убивайте на здоровье, надеюсь, у демонов в аду встретимся, и тогда я отомщу за собственную смерть! — выплюнула ему в лицо.

— Считаете меня трусихой? Так знайте, я и отбор начала лишь для того, чтобы отыскать среди достойных того, от чьей руки не стыдно будет сдохнуть королеве. А от вашей даже комару обидно. Потому закройте рот и валите на все четыре стороны, пока я добрая.

— А если я пообещаю при любом раскладе сохранить тебе жизнь и не причинять проблем со своей стороны, ты ответишь на один мой вопрос? — неожиданно сбавил он тон.

— Мне нужно знать, кто победит в этом отборе, кто станет следующим королём и отрубит тебе голову.

— Смеётесь надо мной? — изогнула я вопросительно бровь и едва не скопировала их поведение. — Во-первых, к королевам не следует обращаться на «ты». А во-вторых, это отбор и в финале победит самый достойный. Так что понятия не имею, кто им станет.

— Ну, раз так, то это могу сделать я, не дожидаясь, пока ещё кто-то будет столь близок к заветной мечте — стереть твою персону с лица земли. — Глаза наёмника налились кровью, и он бросился на меня с мечом.

— Наивный, — сказала стоявшая рядом служанка, наблюдая за тем, как он оседает кулём на пыльную дорогу. — Ваше величество, что делать с сопровождением? Они не в состоянии выполнять свою задачу.

— Надо же, начала думать, как главная горничная, — своему хладнокровию я тоже подивилась, — отошли сообщение в замок, пусть их заберут.

Кто выживет из врагов — в допросную, под пытки. Ну а коли не выживут... Так головы на частокол, а то будут ещё нам ультиматумы ставить и угрожать. Кстати, а зачем нам, вообще, в то святилище?

— Так траур же, — уставилась она на меня, — вашего мужа не стало пять лет назад. Сегодня с вашей головы должны снять венец безбрачия и благословить на новый союз, если такой будет.