Невинная виновна. Часть первая

Сенубер решила ещё сильнее унизить её: «Слушай меня, ты, половая тряпка, я тебе не тётя, так что не говори этого слова при мне, иначе я вырежу твой язык!» Айлын впервые вблизи увидела столь отвратительное лицо женщины, особенно её глаза, наполненные всей мерзостью её души. Камиль от увиденного остолбенел от шока и стоял на ровном месте как статуя, он думал про себя: «Сколько же ненависти может быть в глазах этой женщины к этой невинной девушке?» – чем лучше Камиль стал узнавать Сенубер, тем больше она становилась ему противнее с каждой минутой.

Айлын тихо проговаривая, сказала Сенубер: «Что же плохого я вам сделала? Тётей называть вас не хотите, хотя возможно вы и видите меня здесь впервые, но я вас даже не помню, как и не помню и того дня, когда же вы вообще появлялись в моей жизни. Так откуда же в вашем сердце столько злобы?» Вместо внятного разъяснения, Сенубер накричала на неё в ответ: «Не называй меня тётей! Слава богу, что у меня действительно есть кровные родственники на этом свете, тебе понятно? Твои слова для меня совершенно ничего не значат, и у меня определённо нет желания быть тётей для какой-то богом неизвестной сиротки, которая вообще не нашей крови!» Наблюдая за этим кошмаром, Камиль был настолько шокирован, что ему пришлось прикрыть рот рукой от увиденного. В конце концов, несмотря на запрет кузины, Рамиз не сдержался, он подошёл к Сенубер, стоя перед ней, он злобно смотрел на неё. Рамиз ничего не стал говорить матери, он грозно глядел ей прямо в глаза. Айлын стояла позади кузена, ей было так плохо, что она еле-еле стояла на ногах и, казалось бы, вот-вот свалится на пол и потеряет сознание. Оказавшись в безвыходном положении, бедняжка прислонила голову к плечу Рамиза, пока тот обменивался взглядом со своей матерью, однако она не собиралась плакать или ломаться перед Сенубер. Советы, которые Малик дал Айлын этим утром, как некстати оказались очень нужными в тот момент. Рамиз почувствовал, что Айлын прислонилась к его спине, слёзы текли по его лицу в одно мгновение. Мать же, нервно посмотрев на сына, ушла из комнаты, ни сказав и слова. Рамиз был в таком ужасном состоянии, что он не мог обернуться и посмотреть Айлын в лицо, он чувствовал себя виноватым, он стыдился за свою мать. Несмотря на этот инцидент, Рамиз никогда не забывал наставления дяди Малика, поэтому он собрал себя в руки, чтобы не плакать.