Ведьма должна умереть!

Ты решил не довольствоваться жалованием и решил стать вором. С такими-то навыками… Удивляюсь, как твои соратники не вычислили тебя.

– Я был осторожен и сумел вовремя остановиться.

– Как я могу доверять бывшему ведьмаку? – посерьёзнел гном.

– На тебя вся эта ворожба ведь не действует? Так что в моем арсенале только лук да кинжал, – я выложил на стол кисет. – А это я отдам тебе.

– Ты хочешь отдать камушек, который горит синим огнем, мне?

Я кивнул.

– Без него я не смогу никому запудрить мозги. Уж будь в этом уверен. Не зря над нашей столицей круглые сутки горит это синие пламя. От своего камня я давно избавился, когда решил завязать. Кроме того, у него, – я указал на холщевый мешочек, в котором лежал камень, – есть еще одна особенность. На того, кто владеет этим камнем, магия ордена действует хуже.

Габи нахмурился. Я развел руками:

– Попробуй сунуть его в вещи Фэллы или нашего студента и через несколько дней увидишь разницу.

Гном осторожно, не без опаски взял кисет и спрятал его в карман.

– Теперь моя очередь задавать вопросы?

– Погоди. Еще кое-что. Ты уверен, что твой бывший коллега ничего не вспомнит?

– Да, на все сто. Главная особенность этой магии – она полностью стирает все ненужные ведьмаку воспоминания.

– Ладно, задавай свои вопросы, – сдался гном.

– Они у меня очень простые. Как зовут твою нанимательницу, и зачем мы идем в Алидан?

Габи помрачнел и молчал около минуты. За это время я успел допить кружку эля.

– На первый вопрос я смогу ответить, а вот со вторым, боюсь, у нас возникнут проблемы, – сказал гном. – Моя нанимательница – Вела Пирот. Мой род поклялся её семье, что вернет долг жизни. Несколько сотен лет назад во времена, когда рыцари Северных земель ходили в походы против Хеджании, один из её предков спас жизнь одному из моих прародителей. Мы, гномы, привыкли держать слово.